Поцелуй тьмы

– Румынка, – ответила она. – Большинство людей называют нас цыганами, хотя этот термин не совсем точный. И прежде всего я моройка. – Она еще немного потасовала карты и протянула их Лиссе. – Сними, пожалуйста.

Лисса все еще смотрела на нее, отчасти надеясь, что сможет увидеть ауру. Адриан мог чувствовать других обладателей духа, но она пока такого навыка не имела. Она сняла колоду и вернула ее. Ронда вытащила три карты для Лиссы.

Я наклонилась вперед.

– Круто.

Это были карты таро. Я мало что о них знала – только то, что они обладают таинственной силой и могут предсказывать будущее.

Карты были такие: Луна, Императрица и туз кубков. Перегнувшись через мое плечо, Эмброуз посмотрел на карты.

– О-о-о! Очень интересно.

Ронда подняла на него взгляд.

– Тс! Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. – Повернувшись к картам, она постучала пальцем по тузу кубков. – Ты в начале нового пути, возрождения огромной силы и невероятных эмоций. Твоя жизнь изменится, но хотя это изменение будет трудным само по себе, оно направит тебя по пути, который озарит мир совершенно новым светом.

– Вот это да! – воскликнула я.

Ронда кивнула на Императрицу.

– Тебя ждет власть, ты станешь лидером и справишься с этой ролью с благородством и умом. Семена уже посеяны, хотя существует оттенок неуверенности… таинственные влияния, витающие вокруг тебя подобно туману. – Потом она переключилась на Луну. – Однако эти неизвестные факторы не отпугнут тебя и не заставят свернуть с предначертанного судьбой пути.

Лисса широко распахнула глаза.

– И все это вы можете сказать, просто глядя в карты?

Ронда пожала плечами.

– Это есть в картах, да, но, кроме того, я обладаю даром, позволяющим видеть силы, которые обычные люди не воспринимают.

Она снова перетасовала карты и вручила их мне. Я сняла, и она открыла еще три. Девятка мечей, Солнце и туз мечей. Карта Солнце была перевернута.

И хотя я ничего в этом не понимала, у меня мгновенно возникло ощущение, что моя ситуация гораздо хуже, чем у Лиссы. На карте Императрица была нарисована женщина в длинном одеянии, со звездами над головой. Луна изображала луну и двух псов под ней, а туз кубков – украшенную драгоценностями, полную цветов чашу.

А вот на моей карте женщина горько плакала перед стеной из девяти мечей, а на тузе изображалась вытянутая рука, сжимающая железный меч. Солнце, по крайней мере, выглядело жизнерадостно; на этой карте был изображен скачущий на белом коне ангел, над головой которого сияло яркое солнце.

– Ее не следует перевернуть правильно? – спросила я.

– Нет, – ответила она, изучая карты. – Ты убьешь не-мертвого, – зловеще произнесла она.