Принц Дома Ночи

Воран изложил суть проблемы, да еще рассказал, как я выстояла, когда он применил принуждение. Поведал, после чего появилась дрожь, и мне было немного неуютно, что все это слышит Робин. Димитриус бросал на меня цепкие взгляды, что тоже не позволяло расслабиться. Вообще, вся эта идея с визитом все меньше и меньше мне нравилась.

В конце Димитриус посмотрел на меня, и я почувствовала, что на меня направлена его сила. Это не было ни принуждением, ни обаянием, что-то иное, как направленный луч.

– Может, вы не будете воздействовать на меня? – возмутилась я. – Я думала, мы будем говорить.

Глаза Димитриуса расширились от неожиданности.

– Кристина, я ничего не почувствовал, – вмешался Робин, и уже я удивленно посмотрела на него.

– Меня тренировали ощущать их воздействие, – пояснил он.

– Но оно было! – воскликнула убежденно я и посмотрела обвиняющим взглядом на Димитриуса. Они с Вораном лишь переглянулись.

– Давайте проведем эксперимент, – предложил Димитриус, ничего не подтверждая и не опровергая. – Я буду воздействовать, а вы будете говорить, когда почувствуете это."

"После серии экспериментов выяснилось, что я ощущаю малейшее воздействие, направленное как на меня, так и на Робина. Я это не видела, а как бы кожей чувствовала. Меня уже утомили гляделки между Вораном и Димитриусом.

– Я не могу к ней пробиться, – сказал он Ворану. – Думаю, действительно надо будет решать вопрос беседой. Кристина, – обратился он ко мне, – вы всегда могли ощущать воздействие на вас?

Тут я задумалась. Не помню, чтобы на Зеймахе я чувствовала хоть какое-то воздействие, да и ранее, когда Робин приезжал к нам с гостем, я никакого воздействия не ощущала.

– Воран, а ты пробовал на меня воздействовать обаянием на Зеймахе? – спросила я его.

– Да, при первой встрече, когда ты отказалась, чтобы я сопроводил вас в отель, – признался он.

– Я вообще ничего не ощущала, – призналась я.

– А когда появилась эта способность? – спросил Димитриус.

Я задумалась, а потом поняла:

– После того, когда Воран подчинением поставил меня на колени, – ответила я, бросив при этом укоряющий взгляд на него.

– И как вы смогли встать?

– Очень сильно разозлилась. Я свободный человек и не должна стоять на коленях ни перед кем. Он не имел права поступать так со мной. – Мой ответ очень сильно заинтересовал его.

– Похоже, ее способности пробудились при подчинении, – задумчиво сказал он Ворану, поразмыслив.

Мы все же вернулись к цели нашего визита. Димитриус начал задавать вопросы, а мне было некомфортно отвечать на них при Робине. Почувствовав это, он удалился, сказав, что нет необходимости в его дальнейшем присутствии. Сам Робин был озабочен тем фактом, что он не ощущал направленного на него воздействия, тогда как я могла его чувствовать.