Птичий путь

Он принес крохотную серебряную пластинку, отшлифованную до зеркального блеска, велел в нее поглядеться, после чего как-то закрепил отражение и вручил Сколоту. И рассказал между прочим о способности серебряных зеркал, воды и хрусталя бесконечно долго хранить отраженную в них информацию. Ничего необычного в этом не было, поскольку материя кристаллических веществ, в том числе жидких, использовалась для таких целей не одно тысячелетие, а все отраженное в них имело материальную структуру, и значит, было подвластно воле человека. Правда, об этих качествах означенных веществ под давлением инквизиции люди успели основательно забыть, и остались лишь кое-какие искаженные атавизмы знаний, заключенные в фольклор.

Сколоту тогда и в голову не пришло спросить, каким образом управляется эта тончайшая материя, как извлекается, воспроизводится, материлизуется в обратном порядке и есть ли какие-то специальные способы, кроме совокупления с чувственной энергией. Он мог бы и на этой, много раз проверенной основе поставить опыт прямо тут, в зале зеркал, но Дара никогда не оставляла его одного. Она не отставала, если он спускался по ночам к реке, дабы там поэкспериментировать с отражениями в водной глади, и от своего увлечения стала одержимой – иначе было не объяснить ее неожиданного поступка, когда она выкрала у Валги ключи от подвальных запасников. И еще тогда Сколот заметил, что ключей три, а входная железная дверь запирается на два внутренних замка. Надо было искать, от чего этот третий: скорее всего, самое ценное, спрятанное от постороннего глаза и доступа, хранилось где-то за отдельной дверью.

Там и мог быть соларис, если Стратиг не отвез его в Поднебесную…

По сведениям экскурсоводши, в запасниках стояло зеркало самого графа Калиостро, в которое якобы гляделся Наполеон, когда был в усадьбе князей Друцких-Соколинских близ Смоленска, и разбил его ударом кулака, увидев свое поражение и позор. Простое, в прямоугольной раме, старое зеркало там и в самом деле нашлось, и яркое отражение кулака полководца тоже было – в виде белесой вмятины и лучистых трещин. Но сколько бы они ни вертели его и сами ни вертелись, ничего необычного не увидели.

Стоя у зеркала, Сколот посветил в разные углы просторного подвального помещения и понял, что таким образом ничего не найти среди этих завалов забытых людьми вещей. А еще Дара все время цеплялась за куртку, чтобы далеко не отходил. Когда, разочарованные, они поднялись по ступенькам, Дара демонстративно закрыла подвалы и унесла ключи, чтоб незаметно вернуть Валге. Сколот остался возле флигеля. Сначала он обошел вокруг, затем поднялся по скрипучей лестнице в чердачную светелку, где был приют для Странников.