Райский сад

— А ты и поверил?

— Поверил?! Во что?!

— То-то и оно, что ни во что! — Григорий наконец-то успокоился, его глаза были влажными и с нежностью смотрели на сына.

Николай вышел из себя.

— Не смотри на меня, как на недоумка! Думаешь, я ничего не понимаю? Сидите вдвоем тут и комедию гоните. «Анечка, моя соседка», «мой сын», — передразнил он, — скажи еще, что это не она просила, чтобы ты позвонил мне!"

"— Вообще-то, она действительно говорила, чтобы я позвонил своему сыну, а не ковырялся сам, но это было раньше, когда я ставил на место колосник. А про звонок она ничего не знала, — уже спокойно сказал Григорий Андреевич.

— Тогда объясни, пожалуйста, — саркастически заметил Николай, — какой же интерес ей сидеть и играть с тобой в шахматы?

— Может, желание выиграть? — заметил отец. Николай с шумом встал и отошел к окну, стараясь немного успокоиться.

— Ты не расскажешь все-таки, как было на самом деле? — тихонько спросил Григорий Андреевич.

Он уже не надеялся услышать ответ, как Николай заговорил:

— Я ехал в Осипенково, как раз на следующий день после твоего дня рождения, — если бы он повернулся, то увидел бы, как отец усмехнулся, — настроение было поганым, машин было много, а она, как потом я узнал, ехала впереди. Я обогнал ее машину и уехал вперед. И, ты не поверишь, она пристроилась тогда за «джипом», поэтому я ее не увидел сразу, а он здорово летел, и… — Николай сделал паузу, отдавая дань уму и сообразительности Анны, — короче, я остался плестись сзади.

— Да, занятно, — Ротов старший прикрыл рот рукой, чтобы скрыть улыбку.

— Как же я удивился, когда девушка, обогнавшая меня на дороге, оказалась сестрой Ирины.

— Тебя это, естественно, взволновало и заинтриговало, — Николай не заметил насмешку в голосе отца.

— Да, я сидел, как… сам не знаю, как кто, как болван последний. Потом мы танцевали. Это был самый ужасный танец в моей жизни. Она несла такую чушь, что вспомнить страшно! Я с трудом смог от нее тогда избавиться, даже не ходил к Климовым, пока она там гостила!

— Воистину героический поступок! — съязвил отец.

— А тут ты звонишь. Чтобы я приехал, я приехал и вижу, что вы сидите и мило играете в шахматы! И что же я должен был подумать?

— Да, и что же ты подумал?

— Ох, оставь меня со своими язвами! Лучше скажи, если она нарочно это подстроила, я сейчас же уеду!

— Нет, на трубе действительно лопнула растяжка, да и крыша возле нее немного течет, — уверил его отец. — Или ты считаешь, что я сам все сломал? А, что касается Ани, то, по-моему, ты ошибаешься, или пытаешься льстить самому себе.

Николай усмехнулся. Он не признался бы самому себе, что она его притягивала, и при других бы обстоятельствах он непременно затащил бы ее в постель, но…. Но? Что ему мешало? То, что она знакома с отцом? Это не играло никакой роли.