Рассвет наступит незаметно

"

"Андрей вынырнул из сна, тяжело дыша, хотя в нем не было ничего неприятного. Более того, такой совместный побег с уроков, чтобы всем классом сходить в кино, ему действительно помнился. Он даже фильм, который они тогда смотрели, не забыл. Символично, что это было «Чучело». И именно на примере этого фильма бабушка объяснила тогда маленькому Андрею, почему не будет его наказывать. Потому что нельзя отрываться от коллектива. Точку зрения свою отстаивать можно, если считаешь поведение других неправильным, а вот идти поперек коллектива нельзя.

Вот только ничего они в дупло в тот раз не прятали, потому что оно не вместило бы двадцать портфелей. Правда, старый дуб, растущий в парке, в качестве схрона для портфелей они все использовали время от времени, когда по дороге из школы домой нужно было ненадолго избавиться от тяжести учебников. Просто не все разом, а по двое-трое, а то и поодиночке, к примеру, если пришла в голову мысль искупаться в по-весеннему холодной Двинке.

Черт. Пришедшая в голову мысль была такой неожиданной, что Андрей рывком сел на кровати. Как же он про это не подумал? Ведь на дуб еще прошлой ночью его внимание обратила Ксения, которой он даже рассказал, как закидывал в дупло ранец. Вот ведь идиот, почему ему даже в голову не пришло это проверить?

Часы показывали пять утра. Прекрасно. Солнце уже взошло, но на улицах еще пустынно, так что никто не увидит, как взрослый солидный человек лазает по деревьям. Быстро одевшись, Андрей сунул в карман джинсов телефон, запер дом и поспешил в парк на берегу Двинки.

Кратчайшая дорога вела вдоль набережной, утро было довольно прохладным, и Андрей ежился, ругая себя, что не прихватил куртку. Три дня до осени, что тут скажешь. Чтобы проверить внезапно возникшую у него гипотезу, он решил дойти до того места, где располагалась деревянная «полоскалка», на которой убили Викторию Угловскую, а уже оттуда пройти той дорогой, которой должен был проследовать к дубу убийца, предусмотрительно отвернувший единственную камеру, способную его запечатлеть.

Он был прав, улицы в столь ранний час были совершенно пустынны. До набережной Андрей дошагал за десять минут, не встретив ни одного человека. Вот только на берегу, чуть в стороне от злополучной «полоскалки», метрах в ста пятидесяти ниже по течению, кто-то копошился, пытаясь что-то вытащить из воды, а точнее, из растущих в ней кустов. Что-то в движениях небольшой фигурки показалось Погодину знакомым, он подошел чуть ближе, пропустив нужную ему тропинку, ведущую в глубину парка, к дубу, чтобы с удивлением убедиться, что таинственный незнакомец, точнее незнакомка, – не кто иной, как Ксения Александровна Королева.

Сердце пропустило удар, а потом забилось с удвоенной силой.