Рассвет наступит незаметно

Поцелуй все длился, волна разрасталась, грозя затопить внутренности, заставить захлебнуться и утонуть. У Ксении подкосились ноги, словно она была готова прямо здесь, у крыльца, опуститься на землю, скопировав грехопадение Евы, извечную женскую судьбу, повторяющуюся на протяжении тысячелетий. Однако целующий ее мужчина удержал ее на ногах, более того, отстранился и сделал шаг назад. Потеря его губ оказалась сродни катастрофе.

– Спокойной ночи, Ксения Александровна. До завтра.

Ей показалось, что она ослышалась, но Андрей стоял от нее теперь на расстоянии метра, не меньше.

Лицо у него было бесстрастное. Как у статуи, вырезанной из кости. Трудно было поверить, что именно этот мужчина так жарко целовал ее всего лишь мгновение назад. Черт бы его подрал.

Закусив губу и терзаясь от ужасной неловкости, Ксения надменно вскинула голову.

– Спокойной ночи, Андрей Михайлович.

Повернувшись спиной, с высоко поднятой головой она шагнула на крыльцо и отперла дверь. В том, что он не видит ее слез, Ксения была уверена.

* * *"

"Андрей уже и не помнил, когда в последний раз был так зол на себя. Он вообще считал злость неконструктивным чувством и старался ее не допускать ни в отношении кого-то другого, ни уж тем более себя.

Все его поступки обычно были четко выверены, логично обоснованны и необходимы, поэтому и злиться нужды не возникало.

Даже провал, в итоге приведший к краху карьеры, семьи и, похоже, жизни, и то был причиной чужого предательства, а не собственного недосмотра. С двадцати лет Андрей Погодин умел в любых обстоятельствах держать себя в руках и контролировать ситуацию, и вот на тебе, пожалуйста.

Внезапный поцелуй горел на его губах, дразня ноздри чуть слышным ароматом малины.

Андрей поднес руку ко рту, и на пальцах остался слегка мерцающий след. Ах да, помада. Он уже и позабыл, что женщины красят губы. Линн никогда не выходила из дома без помады, просто в последние годы он не целовал жену, уже готовую к выходу, – она сердилась, если смазывалась косметика.

Конечно, в его жизни бывали другие женщины. Образ жизни успешного финансиста, разъезжающего по стране и оказывающего консалтинговые услуги крупным воротилам делового мира, требовал имиджа сердцееда и повесы. Кроме того, женщины зачастую становились гораздо более ценным источником информации, особенно если хотели произвести впечатление или просто теряли бдительность после хорошего секса.

Линн никогда не затрагивала эту сторону его работы, и Андрей был ей за это благодарен.

Интересно, но только сейчас он впервые задумался над тем, что не знает, изменяла она ему когда-нибудь или нет. Они прекрасно работали в паре, и у нее были свои методы, но Погодин, как и она, предпочитал не влезать в детали. Удобная позиция страуса, если задуматься.