Ратник

Так людей изменить только старые Боги в былые годы могли. Так что не колдуна надобно искать, а ведуна. Но его так просто не сыскать.

– Это почему? – удивился один из сотников. – Мы же всю эту нечисть знаем, что вокруг города жила.

– Знали, – заметил второй сотник. – Ныне-то она поразбежалась.

– Радим сказал, – вновь взял слово Демьян, – что ведун тот в городе был. И, верно, сильно испугался татар. Помыслив, будто бы они со дня на день город возьмут. Вот и…

– Что и?

– Радим думает, что ведун призвал на помощь кого-то из павших. Тех, кто в стародавние времена тут где-то погребен. От многих старых курганов ныне не осталось никаких следов. Холм и холм. Под Смоленском, он сказывал, будто много древних могил великих воинов. Но они не только там покоятся.

– А причем тут Андрей? – повел бровью воевода.

– С его слов, призванный ведуном дух не мог находиться без вместилища. Вот и вышвырнул из тела паренька его тщедушную душонку. И теперь обживается в нем. Оттого и силу тело набирает.

– А… – хотел было что-то спросить воевода, но один из старшин его опередил:

– Ты с отцом Афанасием о том разговаривал?

– Я спросил у него, может ли душа давно павшего человека вселиться в тело живого. Он ответил, что сие ересь. Ибо души все, после смерти, отправляются либо в рай, либо в ад, где ожидают страшного суда. Так что…

– А ведь Марфа, дочь Петра Глаза, тоже, как и Андрей рухнула в беспамятство. В тот же самый момент, что и парень. Когда же очнулась – никого не узнавала и говорила дивно. Чуть оклемавшись перешла на язык странный, будто изречениями из Святого писания сказывала. Андрей тоже никого не узнавал и говорил странно.

– А бабу зачем призывать?

– Да кто ж знает? – пожал плечами Демьян.

– Слушайте… – заметил один из сотников. – А ведь Марфа с Андреем до свадьбы друг друга на дух не переносили. Словно кошка с собакой. А после первой брачной ночи – изменились. Стали прямо не разлей вода. Да и замечали за ними, что болтают на непонятном языке.

– Но она же не воин! На кой бес ее-то звать на помощь?

– Так ты пойди и спроси у того ведуна. Если найдешь."

"– Девка, к слову, лихая вышла. Побои, говорят, стойко терпела. Да и двух татей, что на нее напали и попытались похитить, сказывают, прибила сама. Их же оружием. Горда. Своевольна. Уж не зазноба ли она того воина, которого позвал ведун?

– Ох и бесовщина!.. ох и мракобесие!.. – покачал головой один из сотников. – Может вязать их и под лед? А? Чего мы с нечистью-то возимся?

– Ты говори да не заговаривайся! – рявкнул воевода. – Царь, по-твоему, нечисти вотчину выдал?

– Прости, оговорился.

– За такие оговоры можно и головы лишится!

– Каюсь… бес попутал! – побледнев воскликнул сотник.