Развода не будет! Удержать строптивицу

А потом куплю пистолет и буду отстреливать всех потенциальных женихов. Потому что никакой яйценосец не достоин быть с моей маленькой принцессой.

— Что, если будет мальчик?

— Значит, будет мальчик, — пожимает плечами мой муж. — Я буду любить любого ребенка от тебя. Любого.

Поднимаю голову и впиваюсь в мужа взглядом.

— Если ты даже посмотришь на сторону, пока я буду беременна, забудь и обо мне, и о ребенке, ясно?

— Ясно-ясно, — кивает он и продолжает меня обнимать.

В спальне начинает разрываться телефон, и Захар со вздохом отрывается от меня.

— Я в душ, — говорю.

— Давай.

Я сейчас отвечу на звонок и присоединюсь.

Захар выходит, а я встаю под теплые струи. Плачу сквозь слезы счастья. Не могу поверить, что забеременела. Я уже смирилась и решила, что раз мы не можем иметь своих, значит, так и должно быть. А теперь так отчаянно хочется, чтобы моя догадка подтвердилась, что аж трясет.

— Марго! — выкрикивает Захар. — Мы опаздываем на рейс!

— Мы же летим джетом! — отзываюсь, и дверь кабинки отъезжает в сторону. Передо мной все еще голый Зевс.

— Ты считаешь, они могут взлетать, когда им вздумается? — спрашивает, заходя в кабину.

Становится под тропический душ и быстро обмывается.

— Именно так я и думаю, — отвечаю.

— Бегом, девочка! — Захар подгоняет меня шлепком по попке. — Иначе опоздаем на собственную свадьбу!

Мы собираемся так быстро, как только можем. В перерывах метаний по комнате вырываем короткие поцелуи, загадочно улыбаемся, как будто храним какую-то тайну, известную только нам двоим. Хотя так и есть.

— Я захватил пакеты, — говорит Зевс, когда мы оказываемся на заднем сиденье машины, а водитель мчит нас в аэропорт.

— Зачем?

— Вдруг тебя в самолете будет тошнить? Мы же не знаем пока, как ты будешь переносить дорогу.

Я закатываю глаза и улыбаюсь."

"Кажется, началось. Я еще даже точно не знаю, беременна ли, но Захар уже носится со мной, как наседка — с цыплятами.

В аэропорту машина останавливается у терминала, и мы с Захаром мчим на посадку.

— Почему мы не поехали сразу ко взлетной полосе? — спрашиваю я.

— Потому что мне еще кое-куда надо.

В зале отлетов стоят Инга с Архипом. Он расслабленный, с руками в карманах льняных брюк цвета топленого молока. А моя подруга хмурая и нервная.

Мечет молнии то в него, то в нас, практически бегущих навстречу друзьям. Руки Инги сплетены на груди, и эта поза яснее ясного дает понять, что моя подруга в ярости.

— Что случилось? — спрашиваю, опуская приветствия.

— Где вас черти носят?! — психует она.

— Ты не на меня злишься, так что не надо срываться на мне, — рычу на нее.

Инга тяжело вздыхает и немного расслабляется.

— Прости, — выдает. — Этот… взбесил с самого утра. — Мечет убийственный взгляд в брата Захара.

— Веселенькая будет свадьба, — бубню я.