Ребёнок от босса

Он протягивает руку к дочке, но затем резко отдергивает.

Малышка смотрит на него любопытными, огромными, словно бескрайний океан, глазенками. Пухлые губки приоткрыты, будто она удивляется стоящему перед ней новому человеку.

Максим поворачивается ко мне.

Я в ужасе смотрю, как на его шее с бешеной силой бьется жилка."

"— Почему ты мне солгала, Ангелина? - обманчиво спокойный тон Максима производит на меня эффект похлеще разорвавшейся бомбы.

Глава 20

Ангелина

- Я не понимаю, – на шее Максима вздуваются крупные вены. – Просто скажи, зачем, Ангелина? Для чего было то смс?

Упрямо молчу, глядя себе под ноги. Босая, растерянная, в белой маечке с пятном смеси на самом видном месте.  Все еще не могу прийти в себя от того, что Максим в моей съёмной квартире и ВСЕ знает.

- М-мм? Отвечай.

Когда я поднимаю взгляд, вижу, как дрожат сильные руки мужчины, и он поспешно прячет их в карманы темно-синих брюк.

Не хочет, чтобы у его слабости были свидетели.

- Я… – пытаясь собраться с мыслями, с силой сжимаю руки перед собой. - Мне нечего тебе сказать, - приподнимаю упрямо подбородок.

Сколько раз я пыталась избавиться от воспоминаний, пока не поняла, что это все безнадежно?

Тогда я научилась жить с ними.

Да, Садулаев Максут Мансурович, я помню все!

Каждое слово того разговора в проклятое субботнее утро. Правильно говорят: розовые очки бьются стеклами внутрь.

Та боль отрезвила меня, лишила иллюзий, подарив сильнейшее разочарование. В любви, в мужчинах, в искренности и доверии людям. Всем правят деньги и связи – вот она - неприглядная правда жизни.

Нет шестизначной суммы на банковском счете? Тогда забудь про уважение, забудь, что ты имеешь право на выбор.

А любовь?

Любовь для бедняков. Это единственное их развлечение.

Именно поэтому я закрылась в своем мирке. Кроме Евы мне больше никто не нужен.

Тем более, мужчина. Им нет больше места в моей жизни.

Второе предательство я просто не переживу. Вот о чем кричали мои глаза, в которых Максим искал ответы на свои вопросы.

Так к чему все эти разговоры? Его словам и поступкам нет абсолютно никакого оправдания. Не хочу унижаться!

Мне мерзко от одной мысли, как со мной обошлись в прошлом. Будто я человек второго сорта. Пустоголовая белокурая кукла, не более того. А Максим… Он даже не попытался отстоять нашу любовь, когда его отец озвучивал свои планы на меня и нашу еще не родившуюся малышку.

Я не заслуживаю этого! Ева тоже.

Максим усмехается и недоверчиво приподнимает густую темную бровь.

- Серьезно? Нечего сказать? – в глазах Садулаева взметаются искры ярости. - Ты сбежала, – цедит яростно сквозь зубы, чеканя каждое слово.