Ренессанс

 – Оливия тайно передала мне телефон, и когда я уже набрался храбрости позвонить, то услышал шаги в коридоре. Так что я испугался и отключился. – И тут он восторженно произнёс: – Кстати, Оливия сказала, что ты ударил Клива в коридоре. Это правда? Я в шоке. Мне нужны все подробности!

Я бросил мимолётный взгляд на Леона.

– Сам не знаю, как так вышло. – Кажется, я уже в сотый раз именно так комментировал стычку с Кливом.

– Хоте-ел бы я это увидеть, – мечтательно протянул Оливер и обратился к Леону: – Ты видел, да?

Говорить с Леоном о Кливе в свете последних событий было странно. Теперь, когда я узнал, что их связывает, хотелось как можно скорее сменить тему.

– Да. – Голос Леона звучал ровно. – Сам удивился.

– Кстати, я сдал экзамен по тёмной материи на высокий балл. – Я всё же попытался перевести разговор.

– Ух ты! – воскликнул Оливер. – Правда? Круто!

– Это замечательно. – Леон мягко похлопал меня по плечу. Я не вовремя вспомнил, как он заломил мне руку, и чуть было не дёрнулся в сторону.

– Я и не ожидал другого, – улыбнулся Скэриэл.

Я нашёл в себе силы неуверенно улыбнуться ему.

– Готье, ты большой молодец. – Оливия прикоснулась к тыльной стороне руки своими тёплыми тонкими пальцами, и у меня мурашки пошли по коже. Тот инцидент в библиотеке с карандашом и угрозами сейчас показался мне нереальным – будто бы приснился.

– Спасибо вам, – смутился я.

– А вообще это надо отметить! – громко предложил Оливер.

– Поддерживаю, – согласился Скэриэл.

– Я не против, тем более экзамены позади, можно выдохнуть. – Леон примирительно посмотрел на меня.

– Ладно, – ответил я. – Можно, только к ужину мне надо быть дома.

– Как насчёт заказать еды? – предложил Скэриэл.

Спустя час мы уже сидели, наслаждаясь тремя большими пиццами, и с непониманием наблюдали, как Леон откусывает кусок, сдобренный ананасом.

– Меня сейчас стошнит, – театрально проговорил Оливер, изображая рвотные спазмы. – Гавайскую пиццу нужно запретить на законодательном уровне.

Леон тихонько фыркнул, демонстративно жуя с особым наслаждением.

– Прекрати, – пристыдила Оливия брата. – Тебя никто не заставляет есть.

– Ты сущий дьявол, – не унимался Оливер, отодвинувшись. Леон засмеялся.

– Дайте мне тоже попробовать. – Скэриэл потянулся к гавайской пицце.

– Нет, стой! – Оливер драматично схватил его за руку. – Не переходи на сторону зла! Что дальше? Начнёшь носить кроксы и топить котят?

– Чем тебе кроксы не угодили? В Запретных землях в них ходят, особенно дети. – Смеясь, Скэриэл, всё же цапнул кусок пиццы, щедро усыпанный ломтиками ананаса.

– Котята, Оливер, – покачал я головой. – Как ты мог вообще о таком заговорить?

– При чём тут я? – яростно отбивался Оливер, указывая на Леона.