Ритуал

Не спрашиваю, почему ты перестала танцевать и сходить с ума от Квинта, не спрашиваю, почему ты не помнишь Право, которое проходили недавно, и язык цветов, который мы учили весной, не спрашиваю, почему мы не заходим в книжную лавку за новыми любовными романами… я – молчу! Захочешь – расскажешь.

– Я помню, частично. Сосна – ностальгия, и что Квинт любит гиацинты и ненавидит розы…"

"– Не спрашивай меня, и я не спрошу, как часто ты мне врешь, Вайю.

Я примирительно подняла руки – на это нет времени.

– Они не отпустят деда, – сказала Фей совершенно спокойно, констатируя факт, с которым давно смирилась.

– И Яо им тоже не нужен. Я – женщина, значит, не опасна. Дед не отвечает на Вестники, он сказал, что всё скоро закончится… и… он не отвечает на Вестники, Вайю! И ты не приходила! И Яо!

– Тихо. Я что-нибудь придумаю, не знаю что, но всё будет, как раньше, вернется на круги своя…

– Ничего уже не будет как раньше, Вайю, – всхлипнула она снова. – Ни-че-го.

Голос сестры сорвался, и столько в нем было обреченной покорности и горя, что речь точно не о Яо и деде Ву.

– Расскажешь…?

Фей резко замотала головой из стороны в сторону.

– … когда будешь готова, – закончила я тихо.

– Ты не понимаешь. Это …нельзя поправить!

В дверь постучали дважды, я перекатилась по кровати, тихо упала с обратной стороны, растянувшись на полу.

– Блау? – полоска света мелькнула и исчезла. Ремзи зашел в комнату. – Время.

– Это – причина того, что уже ничего не исправить?

– Нет, – остановила меня Фей, – он не при чем, Зи помогал…

– Зи?! Ты зовешь его Зи?

Зиккерт подошел ближе и глумливо поклонившись, развел руки в стороны – всегда к вашим услугам.

– Помогал, – закончила Фей очень твердо.

– Единственный, кто хотя бы пытался.

– Неисповедимы пути Великого…, – Ремзи в роли сира в сияющих доспехах, это просто за гранью.

– Время, – тихо поторопил… Зи.

– Помолвки с Поллуксом не будет, – зашептала Фей очень быстро. – Хейли, эта тварь проиграл меня…

– … сделал ставкой в Гранолу, – педантично поправил Ремзи. – Победитель получает всё – руку и сердце цветочка, и всё, что прилагается, а так же статус Сира.

Я открыла рот и закрыла. Это было просто за Гранью.

Фей расхохоталась. Тихо, истерично, не в силах остановиться, она смеялась и всхлипывала, упав на тахту, ударяя маленькими кулачками по одеялу.

– Ву – уже списали, – констатировал Зиккерт, и упал на тахту рядом с Фей.

Ремзи озвучил мои мысли вслух. Списали окончательно и бесповоротно, и в Северном Пределе нет никого, кто пошел бы против Хейли ради Ву. Никого. И даже дядя, даже он предпочел бы Фей в единственном экземпляре. Одна юная сира в качестве сестры принесет гораздо меньше проблем.

– …я подумываю об участии, – белоснежные зубы Зиккерта сверкнули в полумраке.