Ритуал
Тайга Ри
Свои чары, ради которых я рвалась в круг, тренировала постоянно, каждое свободное мгновение без надзора, окончательно плюнув на то, что псаковы скалы отказываются повиноваться. Пальцы стали более гибкими, плетения мелькали в воздухе с такой скоростью, что почти сливались в одно сплошное пятно, но пока ещё можно было различить базовые узлы."
"Все барьеры у нас в голове. Думаем, что мы можем, или думаем, что не можем – мы правы во всех случаях. Это было единственное, в чем я была согласна с Ликасом.
Мне нужно было пробить плато скорости. Именно за этим я стремилась в круг.
Сила имеет значение всегда, но я не могу перепрыгнуть круг, и увеличить силу, зато, если я буду плести быстрее, слабые чары третьего круга будут эффективнее любого с шестым.
Я могу увеличить только скорость. Бить до того, как противник щелкнет кольцами, складывая пальцы в щепоть, бить первой, пока он только проводит мысленно первую линию плетений.
Единственный способ научиться плести – это плести. Единственный способ научиться делать это быстро – это плести очень много. И очень быстро.
Чтобы сделать нужно только одно. Делать.
Наставник может показать, поставить руку, проверить, поддержать, дать пинка под зад, но никто не сделает это за тебя.
Обычно к окончанию Академии все начинают кастовать с приличной скоростью, набив руку за зимы практики, но этого времени у меня нет, и мне не надо прилично. Мне нужно – сверх. Так, как плетет Луций, который отрабатывал чары не один десяток зим.
Гибкость суставов, мышечная память, навыки – имеют значение, но ещё никто не смог преодолеть главный барьер в голове, сделав меньше десяти тысяч раз.
Поэтому мне нужно было двадцать. Двадцать тысяч раз. Только два плетения. Только три базовых узла в каждом, для третьего круга на запредельной скорости.
Если меня не спасет скорость, меня не спасет ничего. И всегда будет кто-то сильнее.
Я плела сразу, как просыпалась, плела после первой утренней тренировки, плела, носясь по степи, когда было свободное время, плела, слушая Ликаса в пол уха, плела, когда торчала у этих псаковых скал… плела, плела, плела, плела…
Проекция песочных часов, переливающаяся рядом в воздухе, беспощадно мигала и противно выла, сообщая, что я опять не уложилась в отведенное время – не справилась.
Я встряхивала пальцами, разминая запястья, и просто начинала снова, сбрасывая часы.
И снова вой. Я сбрасывала и продолжала дальше. Монотонно, раз за разом, просто делая одно и то же.
Когда не получается – это хорошо, это просто прекрасно.

















