Ритуал

Раньше было по одному, но шесть пределов мы потеряли, Империя уменьшилась почти наполовину с эпохи расцвета. Мирийская провинция отделилась последней и стала республикой.

«Совет двенадцати» – это внутренний совет, есть ещё внешний, куда входят убеленные сединами старцы чистокровных аларийских кровей из всех сопредельных государств и территорий. Внешний совет Ликас обсуждать отказался, но и так было очевидно, что аллари просто вездесущи, кочуют куда хотят, прикрываясь своими таборными караванами, и границы им не писаны.

– И что они хотят от меня? Это напоминает Трибунал, – я фыркнула, представив их таборные обычаи – проситель перед Старейшинами, которые в своем праве.

Идея быть просителем мне не нравилась в принципе.

– Попросят… продемонстрировать что-нибудь в круге, – терпеливо пояснил Ликас. – Я скажу что, и ты сделаешь.

Честь была сомнительной – неужели некоторые из аллари проделали такой огромный путь с Юга и Запада, чтобы прибыть на Север, только ради одной цели – убедиться, что Вайю Блау ничего из себя не представляет или… убедиться в обратном?

Я смогу вернуть Нэнс, если хорошо покажу себя на Совете.

Что такое «хорошо» Ликас не пояснил, и, вздохнув, просто посоветовал быть собой. Света в мешке не утаишь, сказал он. Всё будет видно, поэтому можно даже не пытаться.

Вопрос о Нике Ликаса рассмешил, и мы поругались второй раз за всё время пребывания в круге, я вернулась к своей горе и молчала декаду. Сакрорум слишком мелкая сошка для аллари, чтобы уделять ему внимание.

– Но я рад, что он сдох, – сказал Ликас. – Нет горца – нет проблем.

Аллари не трогают горцев, высокогорные упрямцы сами рыли себе яму, и сейчас благополучно угодили в неё.

И тут Ликас был полностью солидарен с дядей – никаких горцев в моем ближайшем окружении быть не должно. Категорически. Мне придется выбрать – аллари или горцы.

– Никто не будет указывать Блау, – шипела я тихо. Хотя из всех псаковых твердолобых горцев меня волновал только один, жизнь и смерть которого была под вопросом.

– У вас с родом Хейли неразрешимые противоречия. Представь, что такие же противоречия у нас с горцами, – пояснял Наставник совершенно спокойно. – Я, Нэнс, круг, возможности, поддержка старейшин… или горстка идиотов, которые приносят одни проблемы?

– Почему вы подставляете горцев? – косичка Нарочного со свитком Мора не давала мне покоя.

– Они подставили себя сами, когда предали аллари, – нехотя ответил Ликас. Больше он не произнес ни слова, как я его не пытала.

Я хотела выйти в круг – посмотреть на Керн с изнанки. Карта, которую прислал мне Гладси отпечаталась в голове. Мысль о том, что все вещи связаны между собой в единое целое не давала покоя.