Ритуал

– А вы слишком стары, – отрубила я прямо. Терять было нечего. – Мудрость и опыт ограничивают, сковывают, – я тряхнула запястьями, и наручи Арритидесов насмешливо сверкнули в свете огней. – Молодые ещё способны измениться, услышать, и поменять хоть что-то…

– Ваш отец думал так же, – глаза, покрытые старческой белесой пленкой, на миг затуманились воспоминаниями. – И все знают, как закончил Юстиний Блау.

– Неумение выбирать друзей – эту ошибку совершают многие, – я глотнула из пиалы и покружила чашку – чаинки плыли по кругу в танце. – Когда тот, кто защищает, бьет в спину, – я говорила отчетливо и громко, чтобы меня было слышно в каждом уголке купола.

– Сир Блау не удержал уровень…, – вмешалась одна из дуэний, не утерпев, и тут же осеклась, под холодным взглядом матроны.

– Не удержал? – я насмешливо фыркнула. – Дремучие суеверия. Владеющий Гласом не удержал уровень? Тогда сегодня на землю действительно сходит сама Мара, оставляя цепочку следов босых ножек, ведущую прямо к ступеням Храма, а не отобранные специально для этого прислужницы.

Губы леди Тир чуть дрогнули, но я говорила не для нее. Я говорила для тех, кто сейчас стоял за моей спиной, для той, чей сын предал моего отца.

Есть ли здесь мать того, кто предал среди этих шести?

– Что вы знаете о заклинателях на самом деле? – я качнула розовый нефрит на поясе. – Не удержать можно, используя инструмент. А Глас – это дар, и все повинуются.

Сзади зашептались.

– Уровень удержал бы даже сир Аксель, – отрубила я жестко и безапелляционно. – А отец был сильнее и старше.

– Блау не удержал уровень, – ноздри леди Бартуш гневно затрепетали. – Не удержал!

– Не удержал, – кивнула я легко.

– И для владеющего Гласом этому есть единственное объяснение. Кто-то отвлек, ударил в спину, нарушил концентрацию, вынудив выбирать – защищаться или контролировать тварей…

– Чушь!!!

– Это Блау…!

– Действительно, – процедила я язвительно. – Чушь. Иначе придется поверить, что это один из ваших детей приговорил всех… что чей-то сын, племянник, брат… предатель, – я смотрела на каждую из матрон по очереди, не опуская взгляд.

Чей сын? Чей? Кто?

Резкий стук трости о камень оборвал перепалку. Леди Тир грузно поднялась с кресла.

– Я увидела всё, что хотела.

Продолжайте праздновать без нас.

***"

"Перед тем, как отпустит юную овцу на вольный выпас, играющая в радушную хозяйку вечера, Аю решила почтить традиции и запустить фонарики в небо. Каждой даме досталось по настоящему произведению искусства из тонкой рисовой бумаги – кому-то пылающий золотом крыльев феникс, кому-то пагода, кому-то цветок. Мне – обычный пузатый четырехгранный купол.

– Пожелания, – кивнула Аю на столик с кистями и тушницами. – Чтобы удача сопутствовала нам этой зимой.