Ритуал

Возможности и ресурсы аллари, которые пока не контролирует никто. А выигрывает обычно тот, кто бывает первым.

– О ведре Шлемника, – выдала я быстро с широкой улыбкой, вынырнув из своих мыслей. Старейшина спрашивал, о чем я мечтаю.

Хакан моргнул, и маска добродушного старичка на миг дрогнула, взгляд стал ясным и острым, как кончик кинжала."

"– Мечтаю наварить пару самых больших котлов, и как Мара осенять всех божественной благодатью… или, чтобы благодать сработала, Шлемник нужно непременно выпить? Я так и написала на своем фонаре – прошу послать мне травы, весом в пол райхарца, – поделилась я доверительно.

– Менталистов так много, питаются они хорошо, расчетная доза на вес неизвестна, поэтому учитываю с запасом, ну и на тестовые испытания.

Хакан прищурил глаза в узкие щелочки – я мечтательно улыбалась в ответ. Быть милой оказывается так просто, всего лишь приложить чуть-чуть усилий.

– Время, – суровый и собранный Ликас вернулся, с раздражением отбросив войлочное полотно – но на этот раз колокольчики не прозвенели.

– По-да-рок, – пропела я Наставнику весело, демонстрируя на ладошке трофеи.

Пока его не было, я с мстительным детским удовольствием отодрала с импровизированной аларийской двери всё музыкальное сопровождение. Нужно же как-то коротать время в ожидании, немного взбодрить Старичка, да и Наставника, я заметила сразу, этот звон очень раздражал. – Старейшина Хакан был очень любезен…

Старый алариец улыбался добродушно, но улыбка уже чуть трескалась по краям. Немного не дожала – Ликас вернулся слишком рано.

– Время, Вайю! Дядя, – короткий поклон Старейшине, и Наставник крепко хватает меня за руку. Мир перед глазами закружился калейдоскопом, степь, знойный воздух, опять круговорот, и мы оказываемся на какой-то большой зеленой поляне, усеянной каменными, похожими на наши домашние алтари, гранитными плитами.

– Экая пигалица…., – пробасили сзади, и я развернулась, увидев крепко сбитого высокого бородатого аларийца, напоминавшего Бера по комплекции, одетого в белый бурнус. С Юга? Старейшина?

– Дождись очереди, – проскрипела сбоку ладная совершенно седая дама, которую даже старушкой назвать было нельзя, столько стати и скрытой силы было в её фигуре.

Аларийка держала длинную резную трубку и смачно пыхала дымом в разные стороны. Чтобы разогнать собеседников? Но на поляне и так не было никого, кроме нас троих. – Тут есть те, кто поболе ждут… Заскучались уже…

Седая аларийка щелкнула смуглыми почти до черноты тонкими пальцами и прямо передо мной на другом конце поляны появилась ошарашенная Нэнс. Чуть схуднувшая, со впавшими щеками, но – моя.

– Мисси! – Заголосила та, всплеснув пухлыми руками. – Мисси! Это что же деется то?!

– Нэнс, – выдохнула я в ответ.