Ритуал

Тебя нужно драть по заднице. Драть так, чтобы ты сидеть не могла. Тогда возможно те мозги, которые должны быть в голове, вернутся на положенное им место!

– Да что я сделала? Всего лишь пропустила одну тренировку!

– Одна тренировка вчера, одна завтра, дни складываются в декады, декады в зимы, – Ликас почти рычал. – С таким отношением ты не добьешься ничего. Если ещё раз, – почти железный по ощущениям палец больно ткнул мне в плечо, – ты сочтешь, что тренировки у меня – это самое неважное в дневном графике сиры, ты можешь больше не появляться…

– Да что случилось то, Великий! – простонала я тихо.

– Это же не занятия, это утренняя тренировка… просто тренировка…

Последнее я сказала зря. Очень зря.

Ликас зачерпнул пригоршню свежего снега, за доли мгновения слепил плотный снежок и, совершенно не целясь, попал точно пониже спины. И, прежде чем я открыла рот, чтобы возмутиться, уже слепил следующий.

Я соединила руки и начала выплетать купол, медленно отступая назад, чтобы не упустить аларийца из виду.

– Только попробуй, – Ликас сдвинул брови, глядя на мои пальцы, и плетение пришлось распустить.

– Если заниматься в полную силу, увернуться не проблема, не так ли, Вайю?

Второй снежок попал точно в цель, подбив меня сбоку, а в меня уже летел третий, и Ликас лепил следующий."

"Позорно взвизгнув – меткость у него была отвратительно точная, я припустила по дорожке к дому, петляя, как заяц среди кустов.

– Я тебя научу…

Фонтан снежных брызг взрывается в воздухе справа.

– Как пропускать…

Я оборачиваюсь, чтобы показать язык – я пригнулась, и снежок не попал в цель…

– Тренировки...

…и тут же получаю в лоб так, что слезы брызнули из глаз.

Псаков Ликас начал лепить по два снежка и метать с обеих рук.

***

В кухне было жарко. Пылала печь, жарились пироги, томилась каша. Ароматно пахло свежесваренным южным кофе – такой предпочитает дядя по утрам.

Я опередила Ликаса на пару мгновений, и, быстро сориентировавшись, повисла на шее у Маги, шмыгнув носом – утро выдалось морозным.

– Ма-а-аги… меня обижают…

– Что девочка моя… что… Кто обижает? – до аларийки дошло не сразу, но когда дошло большой половник в её руках выглядел внушительней гладия.

Кухонные девчонки подобрались, воинственно сверкая глазами, одна даже перехватила поудобнее сияющую сковороду. Уличная дверь на кухню скрипнула, приоткрываясь, и я, ничтоже сумняшеся, ткнула в нее пальцем.

– Он…

Удар сковороды обрушился на голову посетителя сразу, как только открылась дверь.

– Оу…, – я охнула – это был не Ликас, а один из охранников, закутанный, с покрасневшим от мороза носом и небольшим походным термосом-артефактом в руках – послали за горячим чаем.