Рискованная игра

– Как себя чувствуете сегодня, Джим? Соренски улыбнулся:

– По-прежнему опасаетесь, что меня хватит инфаркт прямо в воздухе?

Ник пожал плечами, чтобы скрыть смущение.

– Что-то вроде этого. Согласитесь, все может случиться.

– Верно, но я не единственный на борту, кто способен посадить самолет.

– Знаю.

– Но вам от этого не легче, верно?

– Не легче.

– Вам столько приходится летать, пора бы и привыкнуть.

– Я и сам так думал, но ничего не получается.

– А ваш шеф знает, что вы испытываете каждый раз, когда очутитесь в самолете?

– Конечно. Но он, видите ли, садист. Соренски рассмеялся.

– Сегодня все пройдет как по маслу, – пообещал он. – Не хотите прокатиться до самого Лондона?

– Лететь через океан? Никогда в жизни! Желудок его снова сделал сальто-мортале.

– Я собираюсь домой.

– Неужели никогда не были в Европе?

– Пока нет, подожду, когда туда проложат шоссе. Пилот мельком взглянул на обойму.

– Спасибо, что отдали. В сущности, я не имею никакого права просить о таком.

– Но вам не по себе при мысли о заряженном пистолете на борту, а я не желаю, чтобы первый пилот нервничал в полете.

Ник попытался протиснуться мимо Соренски и устроиться на своем месте, но командиру хотелось поболтать."

"– Кстати, где-то с месяц назад я прочел в газете, как вы спасли жизнь бедному мальчишке. Весьма интересно было узнать о ваших родных и лучшем друге-священнике… странно, что вы пошли в жизни разными дорогами. Вы носите значок, а он – крест. Поверьте, я горжусь нашим знакомством.

– Я всего лишь навсего выполнял свой долг.

– А подразделение, в котором вы работаете? Как же вас прозвали? – И прежде, чем Ник успел ответить, командир вспомнил: – А, да, апостолы!

– Я так и не понял, откуда репортеру удалось выудить эти сведения! Не думал, что кто-то посторонний знает это прозвище.

– По правде говоря, в самую точку! Ведь если бы не вы, мальчику не жить.

– На этот раз повезло.

– Репортер упомянул о том, что вы отказались дать интервью.

– Мы работаем не напоказ, Джим. Я сделал все, что от меня требовалось, и только.

Скромность агента потрясла Джеймса.

– Но вы сработали просто блестяще, – возразил он. – Вернули малыша родителям, а это самое главное.

– Как я уже сказал, нам повезло.

Соренски, видя, что Ник неловко морщится, поспешил сменить тему:

– Кстати, сегодня на борту маршал[8] Даунинг. Ему пришлось сдать мне оружие. Случайно, не знаете его? – ухмыльнулся он.

– Знакомое имя. Он сопровождает заключенных, верно?

–Да.

– С чего это он вдруг решил лететь коммерческим рейсом? – удивился Ник. – У них есть свои самолеты.

– Судя по его словам, ситуация действительно необычная. Ему нужно срочно доставить обвиняемого в Бостон на суд, – пояснил Джеймс. – Даунинг утверждает, что дело вполне ясное.