Роддом. Сериал. Кадры 1–13

До утра Татьяна Георгиевна сидела в родильном зале. У Анечки началась вторичная слабость родовой деятельности. В восемь утра она, наконец, родила славную, хотя и крохотную девочку. Молоденький папаша был так счастлив, что свалился в обморок, и санитарка приёмного отпаивала его горячим крепким сладким чаем. Как только он пришёл в себя — сразу куда-то унёсся. Вернулся с огромным ворохом тюльпанов и раздавал цветы акушеркам, санитаркам и даже Татьяне Георгиевне досталось. Это было очень трогательно.

Свои деньги с «блатного клиента» Татьяна Георгиевна отработала честно. К моменту выписки Юли со здоровым малышом из родильного дома она уже видеть не могла ни её, ни Степана Михайловича. Первую — с жалобами на всё про всё. Второго — с его грозным претенциозным видом.

Воскресным вечером она сидела в кабинете и смотрела на монитор лэптопа. По первой ссылке на её ФИО открылся следующий текст:"

"Julyasha: Рожала у Татьяны Георгиевны. Ужасно! Несмотря на то что договаривались на роды именно с ней и заплатили немалые деньги, врачиха вела себя по-хамски! Сперва осмотрела какую-то малолетнюю бомжиху и только потом — меня. Я ещё не уверена, протёрли после той бомжихи кресло или нет! Когда она — очень больно, рука у неё с мою голову! — наконец изволила меня посмотреть, то первым делом вскрыла плодный пузырь! И хотя я хотела рожать сама — вскоре потащила в операционную! Конечно, чего ей сидеть всю ночь, когда можно дрыхнуть?! Муж везде и за всё со всеми рассчитывался. А выписку мне пришлось ждать полдня, потому что Татьяна Георгиевна, видите ли, была в операционной! Она там вообще одна работает и никому ничего не даёт! Чаще всех ко мне заходил врач отделения Михаил Вениаминович. Такой приятный, внимательный, сразу видно, что хороший человек и отличный доктор! Но она там никому ничего не даёт. Не ходите к ней рожать, мерзкая баба! Идите к кому угодно, только не к ней! Грубая, злобная! Ещё и любовница начмеда. Девочки на посту рассказывали…

— Марго! — крикнула она старшей акушерке. Та моментально прискакала из соседнего кабинета.

— Чего орёшь?

— Ничего. Зайди и закрой дверь… Марго, у меня что, здоровые руки?

— У тебя? Ты что, издеваешься?

— Марго, а что, в роддоме сплетничают, что я сплю с начмедом?

— Разумеется. А что такого-то?! Ты же с ним на самом деле лет сто уже спишь!

— Ну, не только с ним. Иногда я сплю и с другими мужчинами.

— Но Семён Ильич у тебя всё-таки блатной клиент!

— Какой ужас! Значит, весь персонал говорит о том, что я старая блядь?

— Ну, блядь-то блядь, но почему же старая?! — расхохоталась Маргарита Андреевна.

— Иди к чёрту. Пойду домой. Отключу телефоны. Стряхну моль с меховых жилеток…

Кадр шестой

Интерн

Утро понедельника началось традиционно. С двухчасовой «пятиминутки».