Самый трудный день

Военные городки и полевые лагеря, по которым пришелся первый артиллерийский удар, оказались пусты, а вездесущее в прошлый раз люфтваффе вообще не добралось до своих целей, и передовые группы немецкой пехоты, переправившиеся через границу, встретила «нерушимая стена» успевших развернуться в полном соответствии с боевым уставом пехоты 1938 года советских стрелковых полков, стоящих плечом к плечу, как доски в заборе. Когда прошел первый шок, немецкие генералы, уцелевшие, в отличие от своих менее везучих коллег, начали нащупывать стыки между частями и потихоньку расшатывать этот забор, пытаясь по очереди выломать одну доску за другой.

В полосе действия 61-го стрелкового корпуса советские войска стояли твердо, взаимодействие между соседями и маневр резервами командованием был налажен, а генерал-майор Бакунин показал неплохие командирские качества, грамотно реагируя на любой выпад немцев. Но в полосе 5-го стрелкового корпуса дела шли значительно хуже. Части, не подвергшиеся непосредственному давлению немцев, вели себя пассивно, в то время как нанесенные в узких полосах удары по флангам 113-й стрелковой дивизии 7-м и 9-м армейскими корпусами вермахта привели к опасным вклинениям противника в позиции советских войск на три-пять километров.

Командование 5-го стрелкового корпуса не имело представления о складывающейся обстановке и своевременно не реагировало на угрожающую ситуацию. У командующего Западным фронтом генерала Владимира Шаманова сложилось впечатление, что командир корпуса генерал-майор Гарнов в условиях реальной войны элементарно растерялся и утратил управление своими войсками.

Положение спасли 29-я и 208-я мотострелковые дивизии из резерва 10-й армии, быстро переброшенные по проселочным дорогам к угрожаемым участкам фронта. Мотострелки с ходу вступили в бой с гитлеровцами, сумев яростными лобовыми атаками остановить прорвавшуюся пехоту противника, а потом и потеснить ее на один-два километра. Также на этом направлении было сосредоточено до половины всех боевых вылетов, которые совершила днем 22 июня бомбардировочная и штурмовая авиация Западного фронта, включая Воздушную армию осназ.

"Почти восемь часов подряд на ближних подступах к Цехановцу и у железнодорожной станции Шульбоже-Вельке гремели ожесточенные и кровопролитные встречные бои, в которых атаки сменялись контратаками, а артиллерийские обстрелы – авиационными налетами и штурмовкой. В конце концов господствующая в небе советская авиация сумела поумерить активность немецкой пехоты и артиллерии.