Сделка

Впрочем, все и так ясно – женское любопытство окончательно снесло бастионы осторожности.

– Я хотела одним глазком… – Она сконфуженно хмыкнула. – Ну у тебя и хватка, знаешь ли…

– Больно? – Я был уверен, что прихватил едва, да и разжал сразу, но вдруг навредил?

– Нет, – мотнула головой девушка, рассматривая меня. – Просто не ожидала, что ты так… сразу. И что заметишь меня. Я умею прятаться так, что никто меня и не видит. Так… где подарок?

– Глаза закрой.

Она скептически хмыкнула, но все-таки зажмурилась. Я потянул дверцу пузатого шкафа – куда еще спрятать подарок, я так и не придумал.

– Надеюсь, это не еще один кот, – пробормотала Катя. – Это ведь не кот?

– Это не кот.

– И не кошка?

– И даже не котенок, – снова не сдержал я улыбки. Девчонка обладала удивительным даром меня веселить. – Все уже. Открывай."

"Она постояла еще миг, словно внезапно испугавшись. А потом медленно распахнула глаза. Моргнула. И еще раз.

– Это не кот, – с улыбкой произнес я, протягивая ей темную изогнутую дугу. – Эй, тебе что, не нравится?

У нее сделалось такое странное лицо. Я что, снова оплошал?

– Это… арбалет?

Я кивнул.

– Тот самый арбалет? Ореховый, с конопляной нитью? Для… меня?

Я исправно покивал. Словно не веря, девушка протянула руку, погладила дугу и тут же отдернула ладонь.

– А… за что?

– Ни за что. Подарок на праздник.

– И что, взамен совсем ничего не попросишь?

Я поднял бровь. Прозвучало это так, словно Катерина очень хотела, чтобы я что-нибудь попросил.

– Совсем ничего, – серьезно ответил я, стараясь не рассмеяться.

– А…

Она снова потянулась к вожделенной дуге арбалета, желая и боясь ее коснуться. И тут…

– Дмитрий Александрович! – раздался за дверью голос Печорской.

Твою ж мать! Шаги звучали уже совсем близко. Мы с Катей застыли, как два дерева. Дверь открыта, и если настоятельница, заглянув внутрь, увидит нас вместе… объяснить что-то окажется невозможно: уже утром я поеду обратно, погоняемый в спину злобным шипением Елизаветы! Да какой там! Вряд ли она позволит мне остаться даже до утра! Мигом выставит за ворота!

Не придумав ничего лучше, я сгреб девушку, рывком затолкал в шкаф, пристроился рядом и захлопнул створку.

Как раз вовремя: входная дверь распахнулась, впуская настоятельницу.

– Дмитрий Александрович?

Катерина пошевелилась, вжимаясь спиной в мое тело, и я положил ладонь на ее губы, чтобы девушка ненароком нас не выдала. Разместиться вольготнее не получалось, шкаф оказался непредназначенным для пряток двух взрослых людей, один из которых довольно широкоплечий мужчина.

Печорская, даже увидев, что комната пуста, уходить не спешила. В узкую щель между створок я видел ее худую фигуру и седой затылок. Настоятельница постояла, потом неторопливо подошла к столу.