Сделка

Покажу тебе соборы, дворцы и парки, даже те самые балы, если захочешь. А если тебе не понравится, мы найдем местечко где-нибудь подальше от суеты Петербурга. Что скажешь?

– Значит… ты все еще хочешь взять меня в жены?

– Конечно, – удивился я. Неужели она подумала, что откажусь?

– И… почему?

Я не ответил.

Хотя знал этот ответ. Да, я действительно хотел жениться на Катерине. И сейчас – еще больше. И дело было вовсе не в благодарности за спасенную жизнь. Не в диком желании, которое она во мне будила. И даже не в проклятой сделке.

Я хотел этого, потому что…

Облечь мысль в слова я все-таки не смог.

Слишком они были для меня непривычными.

Поднялся, забрав у Кати пустую тарелку.

– Помою.

Она тоже встала, кутаясь в одеяло и краснея. Видимо, снова вспомнила, что под лоскутной тряпкой на ней ничего нет.

Или это только я без конца об этом вспоминаю?

– Мне надо… умыться. Схожу к роднику.

– Я с тобой.

Мало ли, какая еще там нечисть водится.

Катерина залилась краской по самые уши, и я сообразил, что ляпнул что-то не то.

– Я сама! Не переживай, здесь… безопасно. И я чувствую себя гораздо лучше.

И тут я понял, что девушке просто надо на время уединиться.

Обругав себя за глупость и бестактность, я отвернулся и пошел к озеру – мыть тарелки. И остывать заодно.

***

Дошла до родника, оглянулась – со всех сторон густые заросли. Сбросила покрывало на траву и с удовольствием потянулась. Потом опустила ладони в холодную воду, брызнула на лицо. Что ж, мне есть чем гордиться. И это я не о прогулке к духам. А о том, что мне удалось не взвизгнуть, поняв, что Дима меня раздел.

Я хмыкнула, вспоминая.

То, что он снял шаманское платье, – верно. И как догадался? Наряд из кожи и костей – это щит и меч в ином мире, да только ранит порой и самого заклинателя духов.

И все же когда я очнулась и подняла покрывало – хотелось глупо и по-девчоночьи взвизгнуть. А потом я представила, как Дима снимал с меня одежду, и ощутила жар, приливший к щекам. Смотрел ли он на меня? Или закрыл глаза, как и полагается благородному господину?

И почему хочется, чтобы… он поступил не слишком благородно? Ужасное желание… но все же… Если он посмотрел, понравилось ли ему то, что он увидел? Была ли я красивой для него?

Я не знала.

Собственная внешность казалась самой обычной, ничем не примечательной.

Вот у Софьи, например, красивые светлые волосы, похожие на пух одуванчика. У Лидии – тонкие щиколотки, которые она называет аристократическими и уверяет, что это главный признак породы. У Ани – маленькие бледные ушки, плотно прижатые к голове. А у меня что?"

"Я заглянула в родник, посмотрела на уши. Обычные. Даже слегка торчащие! Ужас. И щиколотки не так тонки, и волосы темные. Раньше все это не вызывало у меня никакого интереса. Главное, чтобы тело было ловким и быстрым.