За руку с ветром

То, что Олег вновь жениться, да еще и на Наташенькиной подружке, взбесило родственников – они безмерно обожали ее. И мать Натальи, женщина крутого нрава, устроила настоящую истерику. К тому же она была нетрезвой и не совсем понимала, что делает. Даже всесильный Даниил Юрьевич не смог чуть позже остановить ее.

– Вы? – растерянно оглядела уставшая от двух постоянно дерущихся детей Лера разгневанную женщину в темно-синем костюме и ее молчавших насупленных сыновей, возвышающихся за матерью.

– Я. Как видишь.

– Что-то случилось?

– Случилось. Паршивка, – внезапно ударила Эвелина Леру по щеке.

 – Решила Наташенькиного мужа увести?! Да? А я всегда знала, что ты такая! Шалава!

Она вновь хлестнула растерянную молодую женщину по щеке, и если бы один из сыновей не перехватил ее руку с длинными бордовыми ногтями, двумя ударами по лицу Лера не отделалась бы. Она отступила на шаг, явно испугавшись разъяренной женщины, в глазах которой горел костер ярости. Она действительно любила Олега, и, как знать, быть может, ее чувства родились давно, а, может быть, они появились лишь в последний год, но общаться со Смерчинским более тесно Лера начала после того, как произошло несчастье с ее подругой – лучшей подругой, надо заметить.

Да и к Денису она относилась всегда очень хорошо, а в последнее время, когда узнала, что детей иметь не сможет, бессознательно стала считать его родным сыном.

Брызгая слюной, Эвелина поливала остолбеневшую Леру грязью. Дети – Петя и Денис испуганно застыли на пороге гостиной, не понимая, что случилось. Накричавшись всласть, женщина попыталась вновь ударить не знающую, что делать, Леру. Это спустя почти пятнадцать лет она научилась стоять за себя, превратившись в настоящую светскую даму, а тогда она была еще совсем молодой и где-то даже наивной.

– Тебе все волосы выдрать мало, бездушная дешевка! – орала Эвелина Николаевна. – Подруга, называется! А мы еще принимали тебя в своем доме! Иди сюда!

– Не трогайте маму! – смело бросился Денис на защиту той, кого искренне считал второй матерью. – Бабушка, не трогайте маму Леру!

То, что мальчик называет «проклятую девку» мамой еще больше взбесило женщину. У нее от злости затряслись руки, и весь свой гнев она направила на ребенка.

– Ах ты, маленькая тварь! Другую маму уже нашел! Такой же, как и все эти уроды Смерчинские! А ведь это ты, это ты виноват! – уже в истерике, не контролируя себя, закричала она.

– Мама, – одернул ее один из сыновей, понимавший, что не стоило приходить в этот дом. – Мама, ну не при ребенке же…

– Пусть знает! Эй, маленький Смерчинский! – бабушка вдруг присела перед испуганным мальчиком, глядя ему в глаза – пристально и не мигая. – Маленький волчонок. А послушай-ка меня, малыш.