За руку с ветром

Я же сказала тебе: эстетика стала занимать в моей жизни куда меньше времени. Знаешь, это все странно, но когда я подстриглась, то поняла кое-что. Я никогда не могла рисовать картин, потому что я не видела их сущности.

– Оля, ты ненормальная. Не понимаю, что с тобой происходит. А я слабак. Не знаю, зачем ты со мной общаешься, – проговорил молодой человек, чувствуя стыд – нет, даже утопическую вину – за все происходящее.

– Не говори так, – вдруг смело подняла глаза на парня Оля. – Ты мне помог.

– Чем же? – усмехнулся тот."

"– Ты помог мне меняться, Дима. И я впервые поняла свою сестру.

И ее чувства к Денису. Хотя считала их большой совместной иллюзией. Но, оказывается, Инна была права – эта глупая любовь существует. Понимаешь, существует! – Девушка в платье, которое под светом фонаря казалось серебряным, отошла от Чащина на шаг, закрыла глаза и произнесла твердо: – Я люблю тебя… Я люблю тебя. Я люблю тебя!

– Оля.

– Сколько раз мне надо повторить тебе это, чтоб ты поверил мне? Сколько? Я не могу без тебя. Без тебя холодно, поверишь? Нет? Пусть. Ладно, не верь.

– Верю я, – парень привлек девушку к себе, отстраненно поцеловал в лоб.

Дима так и не мог сказать ей, что им лучше всего вообще больше не видеться. Чтобы не мучить друг друга. Но он должен сказать ей это – прямо сейчас, чтобы у нее не осталось иллюзий и ненужных надежд. Неправильно, если они будут вместе.

– Я люблю тебя, – как какое-то древнее заклинание, повторила девушка, тая в Димкиных руках – от его близости даже голова кружилась. И почему она его раньше не замечала?

Те годы, пока они вместе учились? Почему, как и Машу Бурундукову, считала обычным неперспективным дураком? Почему проходила мимо, не замечая?

– Я люблю тебя.

Как трогательно. Если бы я был пастырем, я бы обязательно вас обвенчал. Прямо на месте, – раздалось внезапно за их спинами, и Дима с Олей почти одновременно повернулись назад. На них, прищурившись, смотрел Никита. Сейчас даже элегантный костюм и часы из белого золота на руке не делали внезапно появившегося тут Кларского похожим на воспитанного и хорошего мальчика. Его истинное лицо проявилось настолько четко, что Оля за пару секунд отчетливо поняла, что и Никита умеет играть свою роль также хорошо, как и она сама. Они оба – актеры. Правда, эти мысли в ее голове тут же перекрылись железной планкой страха. Тайное – то тайное, что она так яро скрывала – стало явным!

Чащин резко отпустил девушку и загородил ее спиной. От ужаса у Оли сдавило виски. Откуда этот монстр здесь? Что ему надо?! Что он от них опять хочет? У него же появилась новая подружка, ну что, что он тут забыл?

– Не ждали? – хмуро спросил Ник.

– Не ждали, – смело отозвался Димка, засовывая руки в карманы.