Секретарь старшего принца 3
Элоранарр определил условия дальнейшего сотрудничества, сгорающей от брачной магии Риэль остается сделать выбор. Она слаба как никогда, но это не повод надеяться, что враги дадут ей передышку. Наоборот, именно в момент слабости они наиболее опасны, особенно те, удара которых она не ожидает.А убегающий от страсти Элоранарр настолько ли категоричен, или есть условия, при которых он готов принять ее голос Сиринов?
Всё это такое жалкое: презренные людишки, маги, не способные оказать сопротивление. Они только и могли напасть на простых рабочих, убить безоружных, а так против них хватило бы пары наёмников.
Дракону – только руки марать, это не охота, это… всё равно что насекомых давить.
– Ну что, твари, – я оглядела… арестованных, освещённых слабыми масляными лампами. Семь тел. Двое без сознания, три изображали обморок, два орали от боли. – Сейчас вы все спуститесь вниз. Мне плевать, как вы это сделаете, вы просто должны спуститься и сдаться офицерам ИСБ. Все. За опоздавших и не смогших расплачиваться будут все.
Жаждущий крови предвкушающе звенел, вертел лезвиями из стороны в сторону. На него даже изображающие обморок посмотрели. А потом… поползли. Кряхтя, постанывая, оставляя на полу разводы крови. Маг и вовсе кишки придерживал – перестарался Жаждущий, слишком рассёк мышцы. Мужчина со сломанной рукой шипел сквозь зубы.
– Вы никого не забыли? – я поймала испуганные взгляды и кивнула на двух лежащих без сознания."
"Самые целые (это если не сравнивать с остальными, а так целыми их не назвал бы даже оптимист: гибкие лезвия раскраивали плоть просто страшно) ухватили этих двоих за шиворот и потащили к двери.
Преступники ползли. Добравшись до двери, один попробовал улизнуть, но я сбила его заклинанием паралича. Падая, мужик расквасил себе нос. Меня это раздражало. Раздражали они все: тем, как медленно ползли, их завывания, их уверенность, что они страдают ни за что.
– Думать надо было, прежде чем лезть в это дело, – прорычала я, пиная арестованных, чтобы ползли быстрее, и они выползали из комнаты, огибая парализованного. – И не убивать беззащитных, потому что у подданных империи, даже если вам кажется, что это простые никчёмные существа, есть защитники, и мы обидчиков можем поймать и выпотрошить.
Взмахом руки я сняла с упавшего паралич и, словно хлыстом, прошлась по его спине Жаждущим крови, срезая кожу, вспарывая мышцы.
– Ползи, тварь, – процедила я, покачивая уруми, и звон его лезвий вызвал новую волну паники.
Стонали, причитали и бормотали проклятья арестованные на весь коридор. Я шла по мокрому от их крови полу со странным двойственным чувством: сколько раз я видела текущую кровь в кошмарах, но на этом грязном полу из грубоватых досок она меня не пугала.














