Секретарь старшего принца 3

Малья ведь просила запереть детей в шкафу, клялась, что они слишком маленькие и ничего не запомнили, но разве ты сделал хоть что-нибудь, чтобы их спасти?

Перепуганный до дрожи, вжимавшийся в стену маг нашёл в себе силы бороться. Он собирался ударить оглушающим заклинанием и сбежать из зоны заблокированной телепортации. Наивный! Его мысли были подобны крику, я знала всё!

Метнулась вперёд, схватила его за грудки и, оттянув от стены, хлестнула Жаждущим крови под икрами, перерезая сухожилия. Позволила магу рухнуть на колени, заходиться истошным криком. Как он кричал! Какой исполненный негодованием звук издавал! Изумительно просто: он считал, что его боль – несправедливое возмездие за смерть каких-то обывателей.

– Зачем вы это сделали? – спросила я обманчиво-спокойно.

Жаждущий крови вибрировал в моей руке, тянулся гибкими лезвиями к магу, на штанах которого начало расползаться мокрое вонючее пятно.

В образах, изливавшихся из памяти мага, не было ничего интересного и конкретного: эти бандиты приехали в Столицу после того, как дома их сильно прижали стражники. Им пришлось бежать, хотя они даже друг перед другом рисовались, называя это переходом на более хлебное место.

Только в Столице их принимать не спешили, привязался ещё мальчишка щербатый, заказы были тухлыми, а этот и вовсе странным. Вожак пришёл однажды в кабак и заявил: «Надо травануть офицеров и потом растрепать об этом по всему городу, да ещё с сочными подробностями». И бросил полный серебра кошель на стол.

«Это задаток. С него купим отраву и проставимся в тавернах, где будем живописно рассказывать, как мы уделали ИСБ, а они обделались», – Вожак отрывисто захохотал, не обращая внимания на то, что остальным от такой перспективы совсем невесело.

"

"Деньги были настоящими – новые серебряные монеты, но всё равно заказ казался тухлым: даже за не смертельное отравление исбешники всю Столицу перероют, и свои же за такое спасибо не скажут. Только Вожаку трудно возражать, а этим заказом он просто загорелся…

Всё это фонтанировало в памяти мага обрывками мыслей, чувств, образов. Опыт позволил отсеять его панику и быстро собрать из кусочков полных сожаления воспоминаний цельную картину.

Значит, всё же цель – дискредитация Аранских.

– Надо было отказаться, – повторила я мысль, чаще всего звучавшую в болезненно пульсирующем сознании мага и вновь хлестнула его Жаждущим крови, позволяя призванному оружию вдоволь напиться, изрезать руки, живот, бёдра.

Приходилось контролировать слепую ярость Жаждущего крови, чтобы не убил. Приходилось следить за обстановкой, ведь сейчас я стояла одна среди преступников. Но никто больше не мог причинить мне вред: второй и, что удивительно, третий маг валялись без сознания, уже хорошо покромсанные уруми.