Секс-няньки по соседству

Сейчас надо все сделать правильно, убиваться буду потом. Надо, наверное, к мозгоправу сходить, а то крыша реально уже едет. Иначе сама я не справлюсь, нервы уже не к черту.

Должен быть выход. Выход есть всегда. Нужно только понять, где он и как туда пробраться.

Потому что до этого все было через жопу. В этот раз должно повезти.

Иду в душ. После бурной ночи я буду мыться впервые, смывать касания Захара.

Медленно провожу губкой по тем местам, что до сих пор горят от его укусов, и невольно улыбаясь, мою голову. Он должен будет прийти с утра. Обязательно. Ведь он наверняка хочет меня наказать. За сломанную пятачину-то.

Но как я ошибалась. Вот только наказывать меня пришел не Захар. Ренат.

Он, огромный, смуглый, злой, смотрит на меня коршуном, исподлобья. Сидит на кресле и крепко сжимает кулаки. Разжимает. И снова. А мне прямо кажется, что там должна находиться моя тонкая шея.

— Понравилось? — спрашивает он рычащим тоном.

Молчу. Не понимаю, что он имеет ввиду. Догадываюсь, конечно.

Неужели Захар все рассказал? Не мог же. Ему же будет хуже, не мне.

— Ещё раз спрашиваю, — поднимается с кресла, а я назад отступаю. — Тебе. Понравилось?

Глава 37

— Не-не понимаю, о чем ты, — хрипло выговариваю, продолжая медленно пятиться назад. — Выйди из моей комнаты!

Кричи не кричи, судя по налившемуся кровью взгляду, он уходить не собирается. А мне, что теперь делать? И бежать бессмысленно. Поймает, хуже будет.

— Твои ебанные крики были слышны по всему дому, — с каждым словом повышает голос. Начинает буквально рычать и дрожать от накатывающего гнева. Наступать. — Думаешь я блять глухой?!

Так он обо всем знает. Неловко выходит. И вот он уже рядом. Встряхивает за плечи, а в глазах такая боль, от которой мне не по себе становится. Трындец. Что с ним твориться невозможно понять. Откуда столько агрессии.

Инстинкты трубят. Нужно спасаться. Бежать. Без оглядки. Но разве вырвешься из капкана, в который превратились его сильные руки. Сжали, стиснули до острой боли. Властно. Без права на сопротивление.

— Чем же мой хер плох? — прижимается всем телом, и я ощущаю, как сильно он хочет меня наказать. Его желание давит на живот, выпирает стальным орудием возмездия. — Почему он блять, а не я?!

— Я не пробовала, — писк, непроизвольный и я широко открываю глаза. Зачем я это сказала. Судя по рыку, он подумал о том же! — То есть, я не это имела ввиду…

— Сейчас и попробуешь, сучка паршивая, — его взгляд загорается совсем другим пламенем. Похотью. Боже, помоги.

И пока я перевариваю сказанное, он закидывает меня на своё плечо, делает пару широких, размашистых шагов, после чего швыряет на кровать.

Резко разворачивает, так что голова кругом, а к горлу подступает тошнота.