Шефы тоже плачут

С чего бы ему сейчас быть с Миленой и ничего тебе об этом не говорить?

- А с чего он это делал до сих пор?"

"Я отпиваю вино - сразу половину бокала, чтобы заглушить какой-то мерзкий привкус, появляющийся во рту каждый раз, когда я думаю об Орловском и цапле. Даже представлять их вместе без сексуального подтекста - противно, а уж когда думаю, что до меня он с ней спал во всех позах, и вовсе гадливое чувство достигает вселенских масштабов.

- Ну поговори с ним, расспроси. Врать не будет, наверное, когда припрёшь к стенке.

- В том и дело, что припирать к стенке я его не хочу. Хочу, чтобы между нами было доверие.

- Наивная. Люди годами живут вместе и о доверии знают только из умных книжек. А тут у вас только-только всё начало налаживаться.

- И начинать с такого - неправильно.

- Потому и говорю - обсуди всё с ним.

Я пожимаю плечами, допиваю вино и начинаю ковыряться в салате. Особо вкуса не чувствую, а ведь раньше это было одно из самых любимых моих блюд. Кажется, я уже нахожусь на той стадии внутреннего напряжения, за которой может последовать нервный срыв, но очень надеюсь, что это случится после финала шоу, а не перед ним. Или ещё хуже - вместо.

Орловский даёт о себе знать минут через сорок после того, как мы с Маринкой заканчиваем о нём беседовать, перейдя на нейтральные темы, которые хоть ненадолго меня успокаивают. К нам подсаживается тётя Таня, некоторое время что-то обсуждает с Мариной - я не особо прислушиваюсь к их разговору - и после выдаёт то, что ошарашивает сильнее, чем если бы меня на месте ударило разрядом в двести двадцать.

- А чего ты не на кухне с Милой и Андреем? - спрашивает она таким тоном, будто интересуется какими-то совершенно обыденными вещами.

- Я? - тупо переспрашиваю, потому что ни на что другое нет сил.

- Да, ты. Они там с самого утра чего-то готовят вдвоём, я даже боюсь к ним приближаться уже.

А я сижу, открываю и закрываю рот, как выброшенная на берег рыба, и совершенно не понимаю, что на это ответить. Что я чувствую в этот момент - не понимаю тоже. Ощущений и эмоций настолько много, что кажется, они вот-вот разорвут меня на части.

Орловский всё это время в ресторане? На кухне с Миленой? Готовит вместе и даже слова мне об этом не сказал?

- Я вообще не в курсе была, что они здесь, - произношу как можно спокойнее, но под понимающе-озадаченным взглядом Маринки мне хочется разреветься. Потому что я уже не могу спокойно сложить А плюс Б и получить на выходе хоть что-то удобоваримое, что хоть как-то объяснило бы мне происходящее.

- Давай я его позову, - предлагает тётя Таня, на что я мгновенно реагирую мотая головой. Сейчас видеть Орловского и не опуститься до выяснения отношений при гостях ресторана и - что самое худшее - при Милене, будет практически невозможно.