Шайтан Иван 6

Поиск компромиссов. Круг за кругом. Спорили за каждое слово, за каждую запятую! Про обед напрочь забыли. Выручил Аслан — настоял и буквально заставил прерваться. Подкрепились — и снова в бой, в том же бешеном темпе.

И лишь к позднему вечеру, когда свечи уже наполовину оплыли, наконец родился черновой вариант, более или менее устраивающий обе стороны. Генерал Зубарев, вытирая вспотевший лоб, предупредил Хайбулу сквозь усталость:

— Имейте в виду, хан: даже после нашей подписи, договор могут отредактировать или изменить перед самой ратификацией Его Императорским Величеством.

Хайбула, еле державшийся на ногах, лишь кивнул:

— Понимаю. Согласен на возможные поправки, но я должен знать о них после изменения.

— Непременно хан, до вас доведут обо всех изменениях и только после повторного подтверждения вашей подписью, договор вступит в действие в изменённом виде. Первый вариант утратит своё действие и значение.

Договорились, что штабники подготовят чистовик договора и сообщат о времени подписания. На завтра нам объявили выходной. Хайбула решил осмотреть город — Савва и Эркен отправились с ним, как сопровождающие и дополнительная охрана. Я же направился к атаману Колосову.

— Здравия желаю, ваше превосходительство.

— Здравствуйте, полковник, — ответил Колосов, но его вид сразу насторожил: лицо было озабоченным, в глазах — тревога.

— Что-то случилось, Николай Леонидович? — осторожно спросил я.

— Вчера арестовали полковника Кудасова, — мрачно сообщил атаман.

Холодок пробежал по спине. — К вам претензий нет?

— Пока нет, Пётр Алексеевич, — он отчетливо выделил слово «пока».

— Будем надеяться, что вас минует сия участь, — искренне пожелал я. — Вам известно, что в город прибыл Хайбула для заключения мирного договора? Вы включены в число подписантов. Думаю, это придаст вашему положению… дополнительный вес.

Колосов заметно оживился, даже расправил плечи. — Действительно! Лишним точно не будет. Простите мою рассеянность, Пётр Алексеевич. А у вас как дела? Признаться, мы были шокированы, узнав об обвинении в государственной измене.

— Я на свободе, — ответил я сухо, — тоже пока. Дело отправлено в Главный военный суд в Петербург. Но это второстепенно. Главное сейчас — мирный договор. Николай Леонидович, вы прекрасно понимаете его значение. Все внимание — на него. После подписания мне придется отбыть в Петербург. Сроки неизвестны. Ставлю вас в известность заранее.

— Будем надеяться на лучшее и обязательно встретимся снова, — сказал Колосов, и в его голосе впервые прозвучала твердость. — Этот мирный договор… серьезная поддержка. Для нас обоих. Мы расстались обнадёжив друг друга.

В холле гостиницы я буквально столкнулся с полковником Лукьяновым и Куликовым.

— Господа! — искренне обрадовался я.