Шипы в сердце. Том первый

— А я просил?

— Что? — Чувствую себя так, словно только что на всем ходу влетела в невидимое бетонное заграждение.

Авдеев поворачивается.

Держит в руке телефон — светящимся экраном вверх.

Лениво упирается бедрами в стол, свободной ладонью обхватывает край столешницы. Но на меня, блин, все равно не смотрит, как будто я реально пустое место.

— Я просил нести эти данные сейчас? — расшифровывает ленивым «сытым» тоном, как ни в чем не бывало продолжая листать что-то в телефоне."

"Пишет что-то моей драгоценной мачехе?

Договаривается, как они проведут праздники? После ужина в каком ресторане и к кому поедут, чтобы потрахаться?

Эта мысль меня отрезвляет. Остужает раскаленную его демонстративным пренебрежением голову.

— У меня все равно почти все готово. Вы спросили, я решила, что это срочно.

Авдеев слегка поднимает голову.

Чувствую, как трогает взглядом лодыжки.

Снова возвращается в телефон, как будто увидел достаточно и дальше ему по-прежнему не интересно.

Молча терплю этот ледяной душ.

— Все еще ждете специальное приглашение, Барр? — Легкий кивок в сторону своего стола.

Реально козлина.

Поджимаю нижнюю губу, мысленно спускаю раздражение через несуществующий клапан.

Подхожу.

Кладу папку на стол.

Господи, я ему макушкой до плеча вообще достаю?!

Хочется задержать дыхание и не позволять его табачно-лавандовому запаху проникать в мои легкие, но не получается. Нифига не получается.

— Не хотела напороться на увольнение за шаг без разрешения в вашу сторону, Вадим Александрович.

Фолиш, Крис.

Но Его Грёбаное Величество, наконец, отрывает взгляд от телефона.

Между нами меньше метра.

Я не знаю, куда смотреть, чтобы не таращиться на носки туфель, как опозорившаяся «трояком» отличница, поэтому смотрю вперед. Но там как раз его рука — длинные, что-то лениво выстукивающие по краю стола пальцы, перевитые выпуклыми скульптурными, очень качковскими венами предплечья в не густых темных волосках.

Это не химия, Крис. Он просто красивый мужик, а у тебя давно не было хорошего секса.

— Ну и как вам на новой должности, Барр? — спрашивает Авдеев, пока я как пришпиленная таращусь на его руку.

— Нравится, Вадим Александрович. — «Из шкуры вон лезу, чтобы не вылететь».

— Судя по вашему наряду — не так уж и нравится.

«А ты, значит, не так уж внимательно пялился в телефон», — отмечаю с нотками триумфа.

Поднимаю голову. Точнее — задираю так, что простреливает в затылке.

Натыкаюсь на чуть прищуренные синие глаза.

Ресницы у него длинные, густые. В них застряли пара прядей длинной челки.

Нестерпимо хочется протянуть пальцы и распутать.

А потом расцарапать эту красивую рожу, потому что только этого он не заслуживает.

— Я внимательно изучила приказ о дресс-коде, Вадим Александрович. — Взгляд соскальзывает на его губы.