Следствие ведут знатоки

— А как он ушел?

— В дамском платье. Надо знать родную историю! …Да, так что там у вас стряслось? Раз вы пришли сюда, я должна знать.

— Ну сделал я заход на экспертизу по делу Миркина, пугнул, чтоб молчала… а то, мол, придушу любимого племянника.

— Какая кровожадность! — оживилась Прахова. — И что же?

— Такая гадина попалась: да-да, говорит, конечно, а сама, выходит, побежала жаловаться!

— M-м… нехорошо. Но что вас, собственно, толкнуло?

— Борис взвешивал дома металл?

— Как же иначе?

— Тогда на весах найдут шлих.

— Ай-я-яй!

— Я хотел предотвратить.

— Как жаль, что сорвалось! Задумано было талантливо.

Н-да, боюсь, Борису придется туго. Впрочем, он довольно хитер.

— Продать может?

— Меня нет. Я его воспитала, как родного, вывела в люди. Он мне всем обязан. А вот вашего посредника… Он ведь теперь никому не нужен, только помеха, а?..

— Если выберусь цел, я о нем подумаю. — Приезжий посмотрел в глаза старухе: они тоже горели молодо и зло.

21

С немалыми предосторожностями и уловками добрался Приезжий до пивной. По всем приметам позади было чисто.

В помещении, хорошо видном сквозь широкое окно, уже составляли один на другой столики, и лишь барабанщик ютился еще в уголке, сморенный ожиданием и несчетными пенными кружками, влитыми в утлую свою утробу.

Растворившись в тени газетного киоска, Приезжий выждал, пока того выдворили на улицу. В растерянности он топтался у дверей, памятуя, что велено отсюда не отлучаться. Однако пиво не греет, а лужи на глазах затягивало ледком, и спустя минут двенадцать Чистодел закоченел настолько, что презрел начальственное приказание. Он зарысил сначала вправо, но от угла повернул в противоположном направлении — в теплые недра метро.

Приезжий незримо сопровождал его, молясь своему охотничьему богу, чтобы не оказалось иных сопровождающих. Нет, никого не интересовал продрогший вечерний прохожий, нырнувший в вестибюль под светящейся буквой «М».

Здесь Приезжий взял Чистодела за локоть и повлек в безлюдный затишливый уголок.

— Да куда ж вы делись?! Я всякое терпение потерял! Чуть не околел на морозе! Остался, как вошь без хозяина!.. — запричитал, заобижался, закапризничал Чистодел.

Приезжий дал ему выговориться, отогреться и обрести способность порадоваться возвращению бесстрашного, отчаянного, мудрого товарища.

Несколько ласковых фраз уверили Чистодела, что Приезжий никак не мог явиться раньше, выше головы занятый множеством хлопот.

— Но дело выгорело — купца я нашел.

Барабанщик преисполнился восхищения:

— Да как же вам пофартило?

— Секрет фирмы. А мужик что надо, возьмет товар, как у Миркина брал.

— Кто ж он? — жадно спросил Чистодел.

— Экий шустрый! Много будешь знать — скоро состаришься. Пошли, примем на прощанье, грамм по триста — и в разные стороны.