Следствие ведут знатоки

— Зачем ключ? У вас машина?

— Была… Разбил вдребезги, новую не осилил. Да, так вот тут девушка испугалась меня — что я с ножом. Отбежала. Это все произошло на скверике. Безлюдно. Она издали топала на меня ногами и обзывала… вероятно, справедливо. Тогда я ушел.

— Просто ушли… Совесть не пошаливала?

— Должен признаться — нет. С неделю тревожили звонки в дверь, ну, еще избегал бывать на том месте. Вот и все.

— А теперь-то — что все-таки вами движет, Игорь Сергеевич? Разыгрались ассоциации, воспоминания — ясно. Ясно, что вы защищали не Платонова — себя. Но что-то послужило же последним толчком для такого шага, как официальное заявление.

Оно ведь чревато…

— Не толчок — обвал всего! Неужели вы не понимаете?! Все не так, как должно быть. Все оборачивается иначе. Одно за другим. Платонов оказался мелочью и трусом. Кого я выгораживал? К Демину чувствовал пренебрежение, а он — сильный характер. Его отец меня благодарит — за что?.. Рита вопреки элементарной логике житейской остается со своим Алешей. Все не так, как я привык считать!

Пережидая очередную паузу, Знаменский подумал, что все равно не понимает Власова.

И не поймет до дна. Пусть смятение, переоценка ценностей. Но инстинкт самосохранения должен бы взять верх. Всю жизнь проживши эгоистом, скептиком (может быть, и циником), вдруг не перерождаются в покаянных праведников. Тут срок нужен немалый и многие жестокие уроки…

Но если цинизм был напускной? А эгоизм — следствие одиночества, отучающего заботиться о других? Понимает ли он и сам себя вполне, до конца?"

"— И вы еще, — снова заговорил Власов. — Я считал себя стопроцентно порядочным человеком, а тут увидел все с обратной точки, вашими глазами… К кому-то другому, возможно, не пришел бы.

— Как удачно, что подвернулся Пал Палыч! Добрый малый, всегда рад потолковать по душам. Нет, Игорь Сергеевич, не польстили вы мне своим доверием. Раз не пришли бы к другому, то чего стоит ваше раскаяние?

— Я не уверен, что раскаиваюсь. Еще не знаю… Дело в том, что я привык существовать в определенной системе координат. Иначе не умею. Сейчас прежние координаты сместились. Я потерял свою точку в пространстве. Нет опоры.

Пал Палыч смотрел в окно. Утро туманное, утро сырое. Зиночка выходит замуж.

Граф будет часто резать лапы — тяжел, а кругом битые бутылки. Власов объясняет-объясняет — объяснить не может.

— Хорошо, Игорь Сергеевич, чего вы хотите от меня в вашем бедственном положении?

— Очень четко. По своим каналам выяснить — наверное, сохраняются архивы — каковы были последствия той драки. Мне это необходимо как отправной момент…

— Для иной системы координат, — усмехнулся старший следователь Знаменский, потерявший единственного свидетеля.

— И для самооценки… И вообще.

Пал Палыч набрал четыре цифры.