Следствие ведут знатоки

Вынужден согласиться, — неожиданно заканчивает Скопин.

— Вадим Александрович, вы допускаете, что Пал Палыч может быть необъективен?! — Кибрит ушам не верит.

— Вполне допускаю, Зинаида Яновна. Постоянно держа в уме, что он предубежден, Пал Палыч не способен на объективность. Он же станет на каждом шагу бояться личной неприязни! Улики против директора, чего доброго, припишет этой своей неприязни и преуменьшит его вину… Пал Палыч, напишите рапорт.

— Хорошо.

— Вам досадно? — обращается Скопин к Томину и Кибрит. — Мне тоже, уверяю вас. — Он включает переговорное устройство.

— Зыков на месте?.. Вернется — срочно ко мне. — И снова к Томину и Кибрит. — Вы с ним работали?

Оба отрицательно качают головой.

— Последние дела Зыков провел удачно, хотя опыта маловато. Ну ничего, будет советоваться.

Знаменский достает из папки листок:

— На ближайшие дни я составил себе план.

— Давайте сюда, Зинаида Яновна.

— Первоочередное — это сравнительная экспертиза обеих картин: из музея и из таможни. Надеюсь договориться в Центральных реставрационных мастерских. Там и специалисты и аппаратура.

— Я бы проверил на подлинность все картины, которые крались-возвращались, товарищ полковник, — предлагает Томин.

— Согласен, с этим медлить не годится. Подумайте, Зинаида Яновна, кого направить в музей. А на что мы можем рассчитывать со стороны угрозыска?

— Пока общая разведка, товарищ полковник. Область для меня новая, люди новые. — Томин смотрит сумрачно: самоотвод Пал Палыча испортил настроение.

А тому вдвойне обидно: начало раскручиваться занятное дело, а пойдет дальше без него…

6"

"У комиссионного магазина, торгующего антиквариатом, роятся группки людей.

Интеллигентный пожилой человек сидит на выступе фундамента, веером держа в руке кисточки, предназначенные на продажу. Похаживает взад-вперед парень с книгой альбомного формата в яркой суперобложке. Кто-то стоит с объемистой хозяйственной сумкой; когда к нему обращаются, с достоинством приоткрывает сумку, показывая, чем он торгует.

Здесь нет атмосферы вульгарной толкучки. Скорее нечто вроде примагазинного уличного клуба по интересам, где собираются коллекционеры, но мелькают и «жучки».

За широкой полосой газона, отделяющего комиссионку от проезжей части улицы, останавливается такси. В машине Томин и художник Орлов. Дальнейший разговор они ведут на ходу.

— Вы только представьте меня двум-трем завсегдатаям и бросайте. Опекать не надо.

— Хорошо, Александр Николаевич, постараюсь.

Приближаясь к магазину, Орлов высматривает знакомых. Какая-то женщина ему кивает, и он обрадованно представляет ей Томина.

— Томочка, познакомься, пожалуйста, мой друг. Я у него отдыхал на юге.