Следствие ведут знатоки

Не обращая больше внимания на Васю, Томин затевает с Сажиным взволнованную перебранку и при этом перемешивает русские слова с украинскими:

— Вот он, твой базар! Пойдем на базар, пойдем на базар! Пожалуйста, сходили на базар!

— Напрасно вы, дядя Саша, товар бросили! Ведь утекли мы!

— А кабы не утекли?

— Утекли же, дядя Саша!

— А кабы нет? Кабы я с ним попался?

— Жалко товар! Пять кило! — сокрушается Сажин.

— Чай, он у нас свой, не купленный! Съездим, привезем, было бы кому!

— Большой убыток!

— Дурья твоя башка! Когда милиция догоняет, надо бросать! — Томин «вспоминает» о Васе и апеллирует к нему: — Правильно говорю или нет?

— Правильно.

С товаром задержат — нехорошо.

— Вот столица-матушка как приголубила! — снова «забывает» Томин о Морденке. — Отверни-ка с магистрали от греха, — велит он стажеру.

— А дальше куда? — спрашивает тот. — Прямо домой? Номер сменить и на трассу? Ведь в гостиницу нельзя, дядя Саша.

— Хоть это понимаешь! Конечно, нельзя. В базарной гостинице уж небось шуруют. Хорошо, паспорта липовые.

— Значит, до дому, до хаты?

— А обои? Мне же завтра обещали!

— Потерпит тетя Оксана недельку.

— Это ты здесь говоришь. Лучше я в машине пересплю, а без обоев не поеду!

Их препирательства Морденок выслушивает очень внимательно, и каждая реплика приближает его к нужному для наших героев выводу: этих людей невыгодно упускать, на них можно подзаработать. После всего, что они пережили, озабоченность их какими-то обоями и возможным гневом тети Оксаны выглядит нелепо и потому особо убедительно. Вася не хитрит, но и не дурачок, и папаша, надо думать, воспитывал в нем осмотрительность. Так что он способен логично рассудить: если б мужики сочиняли, то сочиняли бы что-нибудь поумнее.

Морденок подается вперед между Томиным и Сажиным, спрашивает:

— Мужики, первый раз в Москве с товаром?

— Почему первый? — обижается Томин. — Давно у нас берет один здесь.

— А теперь чего же?

— Не пришел, куда надо. Не знаем чего.

— А кто он? Как зовут?

— Что-то ты все выспрашиваешь? — «осторожничает» Томин.

— Да нет, я ведь что… если заночевать — можно к нам. У отца дом большой, сеновал. И на будущее потолкуем.

У Мордвинова физиономия жесткая, хитрая, не то что палец в рот не клади — даже подумать о том не смей: откусит заранее.

Немудрено, что прозвали Мордой: увидишь этот тяжелый прищур — не забудешь.

Он принимает в своем доме гостей, которых привез Вася. Кроме них тут еще трое Мордят постарше и позлее.

Комната просторна, обставлена просто. Все сидят вокруг самовара. Вечер.

— Поели-попили, — говорит хозяин. — Сыты?

Гости благодарят.

— Тогда приступим, — кивает Морда своей компании. — Чернявого туда.

Томину мигом связывают руки.

— Это что же такое, хозяин?! Это зачем же?! — крайне изумляется он.