Сохраняя веру

И все-таки очень уж неприятная сцена получилась у них накануне: Майкл кричит, он, Иэн, бежит куда глаза глядят… Он хочет снова увидеть своего брата, прежде чем пройдет целая неделя. Если Майкл спит, можно будет просто заглянуть и, убедившись, что все в порядке, уехать.

Не пересекаясь ни с кем из медсестер, Иэн проходит по коридору и открывает дверь в комнату брата. Майкл тихо похрапывает, растянувшись на кровати во весь свой немаленький рост. Черты лица расслаблены.

– Привет, старик, – шепчет Иэн и, поколебавшись, дотрагивается до его волос.

Майкл тут же открывает глаза:

– Иэн?

– Да.

Иэн быстро убирает руку и смотрит на часы над дверью, уверенный в том, что брат сейчас раскричится, но тот только потягивается и зевает:

– Чего это тебя принесло так рано? – (В ответ Иэн только остолбенело моргает.) – Неужели больше некуда поехать?

Майкл его дразнит! Майкл, от которого он за последние три года ничего не слышал, кроме перечисления мастей и достоинств игральных карт! Иэн прищуривается, улавливая в глазах брата связующую искру взаимопонимания.

– Господи, Иэн! А еще говорят, что из нас двоих умный ты! – шутит Майкл и призывно раскрывает руки.

– Майкл! – выдыхает Иэн, обнимая брата.

Когда рука Майкла неловко похлопывает его по спине, он на какое-то время теряет дар речи. Овладев собой, отстраняется, чтобы поговорить – по-настоящему поговорить! – с братом, но снова видит отрешенное лицо. Майкл тянется к картам, лежащим на прикроватной тумбочке, и начинает:

– Четверка бубей. Тройка крестей. Семерка бубей. Иэн приходит в три тридцать во вторник. Не в понедельник, не в среду, не в четверг…

Как оглушенный, Иэн, пятясь, отступает от кровати.

Не дожидаясь, когда Майкл закричит во весь голос, он выходит из палаты, уверенный в том, что их удивительная встреча – плод его воображения. Что на самом деле брат крепко спал. Вздохнув, Иэн лезет за ключами от машины в нагрудный карман и достает оттуда нечто неожиданное – червовый туз. Несколько минут назад эту карту ему подсунул кто-то, кто действительно к нему прикоснулся.

Глава 9

Духи всякий пол

Принять способны или оба вместе…

Дж. Мильтон. Потерянный рай"

"Колин в первый раз поцеловал меня, когда я училась на третьем курсе.

Это произошло на трибуне пустого спортивного зала, где мы спрягали французский глагол vouloir. «Хотеть», – перевела я, стараясь чувствовать только жесткое сиденье под собой и не обращать внимания на то, как лицо Колина отражает свет.

Он был просто-напросто самый красивый парень из всех, кого я видела. Он был южанин, со старыми университетскими связями, а я – еврейская девочка с городской окраины. На пожертвования его дедушки функционировала целая кафедра на историческом факультете, а я сама получала стипендию.