Сохраняя веру
Мэрайя, застав мужа с другой женщиной, впадает в депрессию, а их семилетняя дочь Вера замыкается в себе и ищет утешения у подруги, которую, возможно, выдумала, а возможно, и нет. Все чаще и чаще происходят необъяснимые вещи: Вера то процитирует стих из Евангелия, хотя в доме даже нет Библии, то упомянет о давнем эпизоде из жизни своей мамы, о котором та никогда никому не говорила. По городку и за его пределами начинают циркулировать слухи о девочке, которая видит Бога в женском обличье и исцеляет больных. У дома Мэрайи и Веры собирается толпа репортеров, религиозных фанатиков и желающих исцелиться. Священнослужители проявляют настойчивое желание разобраться в ситуации. Во что верить? Вера – мессия или просто маленькая девочка? Мэрайя – хорошая мать, пытающаяся преодолеть трудности, или шарлатанка, использующая свою дочь, чтобы вернуть внимание к себе? По мере того как разворачивается битва за опеку над Верой, Мэрайя должна понять, что силу духа не обязательно черпать в религии, ее можно найти и внутри себя… Впервые на русском языке!
– В ходе вашего разговора с Верой сложилось ли у вас такое впечатление, что, если в последнее время она вела себя, скажем так, не совсем обычно, это было напрямую мотивировано ее матерью?
– Нет.
– Спасибо. Вернемся к вашей беседе с родителями девочки. Вы заключили, доктор, что Колин Уайт – человек эмоционально устойчивый и способный обеспечить ребенку необходимую заботу. А Мэрайя Уайт обладает, на ваш взгляд, эмоциональной устойчивостью?
– В настоящее время – да.
– Считаете ли вы, что сейчас она хорошо справляется со своими материнскими обязанностями?
– Да. Вера очень к ней привязана.
– Еще у меня такой вопрос, доктор: на ваш взгляд, сколько людей в Америке принимают антидепрессанты, отпускаемые по рецепту?
– Думаю, около семнадцати миллионов.
– В скольких процентах случаев лекарства действительно помогают пациентам?
– Если препарат принимается достаточно длительное время и медикаментозное лечение подкрепляется психотерапией, то процентах в восьмидесяти.
– Прием прозака как-то сказывается на выполнении человеком повседневных обязанностей?
– Нет.
– Мешает заботиться о ребенке?
– Нет.
– Доктор Орлиц, вы говорили с Верой о том дне, когда ее отец ушел из семьи?
– Да, говорил.
– Как она восприняла это событие?
– Она не поняла динамики отношений между взрослыми. С одной стороны, это даже к лучшему, но с другой – по этой причине она подумала, будто в случившемся есть ее вина. Ей понадобятся сеансы психотерапии, чтобы освободиться от этого заблуждения."
"– Это печально, – произносит Джоан. – Другими словами, хотя сейчас Колин Уайт, по вашему мнению, может быть хорошим родителем, однажды он совершил то, что ранило Веру.
– Да.
– А располагаете ли вы доказательствами того, что Мэрайя своим поведением причинила дочери тот или иной ущерб?
– Нет. В продолжение этого кризисного периода она была для Веры надежной нитью, за которую девочка держалась.
– Спасибо, – говорит Джоан и садится рядом со своей клиенткой.
Как только судья Ротботтэм объявляет короткий перерыв, репортеры выбегают из зала, чтобы передать своим коллегам последние известия. Мец тоже выходит, ведя на буксире Колина, и они исчезают в толпе. А Мэрайя, даже не поднявшись с места, только подпирает голову руками.
– Вы потому называетесь ответчицей, что мы с вами нанесем им ответный удар, когда у них аргументы уже закончатся. – Джоан дотрагивается до ее плеч. – Мэрайя, какие бы гадости они ни говорили, мы им все вернем с лихвой. Правда.
– Знаю. – Мэрайя потирает виски. – Сколько у нас времени?
Джоан слегка улыбается:
– Посетить дамскую комнату вы успеете.
Мэрайя мгновенно встает. Ей вдруг хочется куда-нибудь выйти – все равно куда, лишь бы слегка отвлечься. За порогом зала суда она видит море лиц.

















