Сохраняя веру
Мэрайя, застав мужа с другой женщиной, впадает в депрессию, а их семилетняя дочь Вера замыкается в себе и ищет утешения у подруги, которую, возможно, выдумала, а возможно, и нет. Все чаще и чаще происходят необъяснимые вещи: Вера то процитирует стих из Евангелия, хотя в доме даже нет Библии, то упомянет о давнем эпизоде из жизни своей мамы, о котором та никогда никому не говорила. По городку и за его пределами начинают циркулировать слухи о девочке, которая видит Бога в женском обличье и исцеляет больных. У дома Мэрайи и Веры собирается толпа репортеров, религиозных фанатиков и желающих исцелиться. Священнослужители проявляют настойчивое желание разобраться в ситуации. Во что верить? Вера – мессия или просто маленькая девочка? Мэрайя – хорошая мать, пытающаяся преодолеть трудности, или шарлатанка, использующая свою дочь, чтобы вернуть внимание к себе? По мере того как разворачивается битва за опеку над Верой, Мэрайя должна понять, что силу духа не обязательно черпать в религии, ее можно найти и внутри себя… Впервые на русском языке!
Уж там-то точно никто не додумается их искать. И они уйдут. Вдвоем. Может быть, еще бабушку с собой возьмут. А все эти глупые люди пускай себе сидят на газоне.
Беззвучно, как светлячок, Вера выходит из раздвижных дверей дома.
Куда, черт возьми, ее понесло? – спрашивает себя Иэн.
В некоторых ситуациях его бессонница приносит ему пользу. Пялясь в окно «Виннебаго», он увидел огонек, который выплыл из дома Уайтов и исчез в лесу. Иэн осторожно открывает дверь своего жилища на колесах и выходит. Дойдя до края леса, он ускоряет шаг и напрягает слух, стараясь уловить тихую, как снег, поступь маленьких ножек.
– Эй! – тихо произносит Иэн."
"Вера застывает, оборачивается, видит его и бросается бежать. Он одним прыжком догоняет и подсекает ее, сделав кувырок, чтобы она упала на него, а не на землю. Девчонка чуть не вышибает из Иэна дух. Он крепко держит ее, она пинает его ноги.
– Перестань, ты делаешь мне больно! – восклицает Иэн, встряхивая Веру.
– Вы мне тоже! – кричит она.
Он ослабляет хватку:
– Если я тебя отпущу, ты убежишь?
Вера торжественно мотает головой. Иэн убирает руки, и она тут же бросается наутек.
– Черт! – Он хватает ее за рукав флисового пальто и тянет к себе, как разъяренную барахтающуюся рыбу. – Ты обманщица!
– Нет, – отвечает Вера, выбившись из сил, – я никого не обманывала.
Иэн понимает, что они говорят о разных вещах.
– А тебе не поздновато играть в лесу?
– Я убежала. Мне дома больше не нравится.
У Иэна что-то сжимается в груди.
– Твоя мама, конечно, тебя отпустила?
Вера роняет голову:
– Я скажу ей. Обещаю. – Она оглядывается по сторонам. – Вы не знаете, где есть телефон?
– У меня в кармане. А зачем тебе?
Вера смотрит на Иэна, удивляясь его недогадливости:
– Позвонить маме, как доберусь!
Иэн проводит рукой по своему пальто, нащупывая телефон. Это козырь!
– Чтобы ты могла позвонить маме, когда доберешься туда, куда хочешь добраться, мой телефон должен быть с тобой. А я с ним никогда не расстаюсь.
Вера опускает глаза:
– Мне нельзя никуда ходить с чужими людьми.
Иэн смеется:
– Я уже так долго сижу перед вашим домом, что меня можно считать своим.
– Мама говорит, что вы угроза, – подумав, отвечает Вера.
– Но ведь что я чужой, она не говорит? – Иэн показывает ей телефон и прячет обратно в карман. – Ну? По рукам?
– Может быть, – бормочет Вера и идет дальше.
Иэн шагает рядом.

















