Спаси нашего сына

— Осторожней, — говорит недовольно, а я отвечаю:

— Извините.

И только когда выхожу из подъезда, понимаю, откуда это неприятное ощущение — уж не тот ли это самый новый хозяин квартиры?..

Глава 16. Ева

Алена все-таки запихивает меня в такси.

— Идти по улице с таким животом, привлекающим внимание, неразумно просто! — шепчет она, помогая мне сесть на заднее сидение, — ты мне звони сама, как сможешь. Куда ты сейчас?

— Не знаю, — во рту сухо непривычно, я еле разлепляю губы, чтобы ответить ей. Она наклоняется и быстро касается моего лба сухими губами.

— Ты справишься, Евка, — и дверь захлопывает. Я смотрю, как она быстро шмыгает обратно, в приоткрытую дверь заднего входа в ресторан.

— Ну, куда едем? — мы встречаемся с таксистом взглядами в зеркале, и я кусаю губу. Нужно решать, куда.

Домой — страшно.

Домом должно называться место, где тебе безопасно и спокойно. Где все хорошо знакомо, где каждая мелочь, каждая деталь — родная и близкая.

Но сейчас от нашей квартиры исходит ощущение опасности. Я даже думать боюсь, что мне придется зайти туда одной.

Но… вдруг тетя появилась? И все не так страшно, как я себе сейчас рисую?

Но адрес я называю совсем другой.

Внутри меня столько сомнений. Я привыкла, что жизнь течет знакомо и размеренно. Смирилась с тетиным недугом, как могла, обустроила быт, готовилась к тому, что скоро у меня родится ребенок.

Никогда не представляла себя матерью — одиночкой. В моем воображении всегда была большая и полная семья. Как та, которой у меня в детстве не случилось. С двумя, а лучше тремя детьми, с любимым мужем, которого я буду ждать с работы.

Возможно, для кого-то счастье заключается совсем в других вещах, в карьере, в деньгах, в путешествиях и развлечениях. Я никогда за этим не рвалась, мне всегда хотелось восполнить то, что я недополучила сама.

И поначалу было безумно больно осознавать, что нарисованной в моем воображении картинки никогда не будет. Что у моего ребенка не появится отца, что он не будет учить его или ее ездить на велосипеде, мастерить поделки, ездить на рыбалку.

Было обидно не только за себя, сколько за него — дитя, который еще не родился, но уже стал вдруг ненужным собственному отцу.

Какой аборт? Я и помыслить не могла о нем. Алена поначалу отговаривала меня рожать.

— Ну куда ты одна с ребенком? Без мужика совсем пропадешь ведь! Да еще и с теткой своей больной!

Но шок от внезапной новости о беременности сменился принятием. И даже то, что воспитывать я буду в одиночку, решимости не убавило.

— Ладно, Киреева, — вздыхала Алена, — вырастем мы твоего младенца. Будет у него мама и тетя Алена. Я уже кроватку присмотрела, считай, подарок от меня.

С ее поддержкой я и продержалась до этого момента.

— Приехали, — говорит таксист, — оплачивать не нужно.