Спаси нашего сына

Мы выезжаем за шлагбаум, и только когда несколько километров разделяют нас с этим зданием, я позволяю себе до конца расслабиться, хотя это ох как не легко. Напряжение, словно давящая пружина, сидит внутри.

— Мы едем не домой? — когда мы проезжаем поворот к дому Егора, интересуюсь я. Своими планами он так и не поделился, приходится спрашивать самой.

— Заедем в одно местечко, потом я тебя отвезу."

"Этим местом оказывается торговая галерея. Длинные ряды витрин, в которых выставлены наряженные манекены, и цены здесь совсем не позволительные. Егор останавливает автомобиль, отстегивает ремень, а я сижу, не шевелясь. Зачем он привез меня сюда?

— Идем, купим тебе что-нибудь из вещей, — зовет, но я не шевелюсь, смотрю тупо перед собой. На мне обувь за триста рублей, одежда, в которой не ходят по таким местам, и главное, нет денег с собой. Все, что мне дала Алена, хватит лишь на одну маечку на распродаже, если в таких бутиках они вообще бывают. И маечки и распродажи. — Ева, что на этот раз?

— Я… я не взяла денег, — голос срывается. Еще чуть-чуть и я снова начну плакать, и на этот процесс никак не влияет мое собственное желание не реветь.

Держаться нету больше сил.

— Ева, — с какой-то особой интонацией говорит Егор. Поворачивается ко мне всем телом, нажимает на крепление ремня безопасности, отстегивая и меня, — я разве сказал, что банкет за твой счет? Тебе нужны вещи и мы приехали сюда их тебе купить. Я позвал — я плачу.

— Тебе это зачем? — я прикусываю губу, глядя на него. Ну же, слезы, не вздумайте течь, я должна держаться, — результатов теста же еще нет.

Я вижу как нервно дергается кадык в вырезе его рубашки. Ну вот и сказаны те слова, которые терзали меня сильнее всего.

— Я думал, тебе и так уже все ясно, Ева. И мне ясно. Без тестов.

— Тогда… зачем все это было? — непонимающе качаю головой, голос звучит жалобно. Его глаза темные совершенно, зрачки и радужка почти одного цвета.

— Иногда люди делают поспешные выводы. Совершают ошибки. Я — не исключение.

И этим людям просто нужен второй шанс, — добавляет он. Я понимаю, как сложно ему дается это признание, у меня и самой ком в горле стоит. — Так что, идем?

И я соглашаюсь.

Глава 36. Егор

Никогда не думал, что покупать шмотки другому человеку может быть приятно и даже увлекательно. Все эти перемещения в магазинах с уймой пакетов меня никогда не прельщали, да и не было женщины, ради которой я готов был это терпеть.

Есть вещи, в которые мужику лучше не лезть и не вдаваться в подробности: шмотки, ногти, ресницы и прочее.

Но сейчас ощущения другие.

Я сижу в кресле, пью холодную минералку, пока щебечущие продавцы-консультанты таскают горами вешалки с платьями куда-то в примерочную, где за плотной тканью скрывается Ева.

Я позволяю себе передышку.