Срок твоей нелюбви

Я решил, что она кинула меня, мало кому понравится несколько лет мотаться на зону и ждать своего благоверного сожителя, даже не мужа законного, а так, ёбаря, проще говоря.

Я-то вышел как полагается, отсидев нужный срок… Захотел суку эту найти и, в рожу ей посмотрев, спросить, почему когда спалось крепко и елось сладко – она рядом была и ластилась больше обыкновенного, а как оступился – выпнула и дальше пошла искать кого-нибудь более удачливого, чем я. Не сразу концы с концами удалось свести, а потом мне самому стрёмно стало, что все эти годы я её, как малодушную, внутри головы своей грязью обливал и презирал. Оказалось, что беременна она была, а что-то не так всё время было со здоровьем и тяжело ходила, постоянно мотыляясь по больницам. Не до меня было – почему только аборт не сделала, если всё так хреново было? Видно, сильно ребёнка хотелось выносить, моего, пусть и больного. Куда уж там по зонам мотаться? Срок не доходила, раньше родила. Мало того, что пришлось в халупу с тараканами вернуться, так ещё и у пацанёнка здоровье слабое, денег надо постоянно на лекарства. Говорят, мыкалась как могла, работала, оставляя мелкого у соседки, едва передвигающей ноги старухи. До тех пор, пока вся та дыра, что называлась коммунальным жильём не сгорела – замкнуло проводку, кто от дыма задохнулся, кто живьём сгорел. Вернулась Кристина поздно вечером на пепелище, когда трупы растаскивали, молча развернулась и ушла. Куда – хрен её знает, потом через несколько месяцев из пруда местного выловили труп, родня опознала её, мол, утопилась. Вот так. Пока я срок отбывал, она гребла против течения, взвалив всё на себя."

"А у меня всё закрутилось само собой. Словно кинул сраному языческому божку необходимую жертву, а он в ответ тебя одаривает звонкой монетой. Оказывается, иногда, отсидев, можно обзавестись нужными знакомствами и навести мосты с влиятельными людьми, зарекомендовав себя. Сначала просто в охранке, потом немного выше, следом ещё и ещё – только успевай разгребать. И вроде есть всё – деньги, уважение, бабы крутятся рядом одна другой краше, но всё не то. Кажется, что не живёшь, а просто проживаешь отпущенное время, и ничего не задевает, поверхностно всё. Потом привык и уже думать забыл об этой давней истории, как однажды на вокзале прицепилась ко мне бомжиха, запитая в усмерть, аж трясётся вся, сигаретку закурить просит. Я поначалу не признал её – голос прокуренный, морда синяя, воняет от нее как от помойки, а глаза хоть и опухшие, подбитые, но всё равно знакомые. Вот только она меня не сразу узнала. А я как придурок, подумал, что можно что-то исправить в этой говённой ситуации. Дал команду своим отвезти её в клинику вытрезвляться, самому противно было даже стоять рядом с ней, опустившейся.