Стажировка в Северной Академии

Во всяком случае, я очень надеюсь, что этого больше никто не слышал.

Лицо обожгло смущение, и я нерешительно посмотрела на него:

– А сейчас можно не бояться?

Он покачал головой, прикрыл глаза и признался:

– Я впервые в жизни так сильно испугался.

Мне захотелось утешить его и сказать, что дело вовсе не в опасном ритуале, а в усталости и магическом истощении, но вовремя остановилась. Если признаюсь, что его лечение дается мне так сложно, то он больше не позволит продолжать, а я не хочу останавливаться. Только не сейчас, когда чужеродная магия так близка к тому, чтобы раскрыться окончательно.

– Но ведь все хорошо, – слабо улыбнулась, пытаясь сгладить произошедшее.

– Выпорю, – припечатал, даже не думая улыбаться в ответ.

– Так, голубки, – в наш разговор бесцеремонно вмешался Лестер, – я, конечно, все понимаю, но мне нужно узнать, что вы увидели, Аделия?

Страх перед Винсентом и переживания о насущном разом отошли в сторону. Я поставила чашку на кушетку рядом с собой, потому что руки затряслись, и я испугалась, что вылью на себя кипяток.

Воспоминания были живы... Настолько, будто и не прошло ни секунды, после моего вмешательства. Словно я и сейчас нахожусь в воспоминаниях Мики и... Чувствую боль и отчаяние...

– Аделия? – обеспокоенный голос Винсента вернул меня туда – в настоящее, где нет места прошлому.

– Все хорошо, – вновь улыбнулась и посмотрела на Лестера. – Я смогла увидеть не так много, как мне бы того хотелось.

Перевела дыхание, чувствуя, как воздуха в комнате становится все меньше и меньше, и я вот-вот попросту задохнусь. Я понимала, что это лишь последствия стресса, и ничего подобного не произойдет, но...

– Магия, – выдавила все же, надеясь, что чем больше я буду говорить, тем быстрее пойму, что в безопасности и мне ничего не угрожает. Почти.

Прокашлялась, потому что голос вдруг изменил мне:

– Магия, которую использовали для убийства Мики, не принадлежала убийце.

Это на самом деле очень важно. Именно поэтому целителям не удалось понять причину смерти – в академической программе мы не изучаем магические ловушки и то, как магию запирают в каких-либо предметах. И если бы я не взялась за лечение Винсента, то никогда бы не узнала о том, что существуют такие зверства.

Лестер на мое заявление никак не отреагировал, разве что лицо превратилось в каменную маску, за которой он спрятал все эмоции.

– Значит, по магии отследить преступника нельзя? – задал вопрос, но ответ он знал и так.

Кивнула и продолжила:"

"– Но я знаю, что это мужчина, и... – замолчала, собираясь с силами, – я видела его руки.

– Руки? – оживился следователь. – Ты их видела прежде?

– Нет! – вскликнула слишком поспешно, отчего и Винс, и Лестер посмотрели на меня с подозрением. Пришлось продолжить куда спокойнее:

– Нет, прежде я этих рук не видела.