Странствие во тьме

Андре встречался со многими, о которых ему доводилось услышать. Но безрезультатно. Ни у кого из них в родне не было человека по имени Кнут из Тронхейма.

Если он еще жив, то ему должно быть… шестьдесят пять лет. Не такой уж большой возраст.

Только случай натолкнул Андре на след.

Это произошло во время похорон Малин Вольден. В 1916 году. Малин исполнилось уже семьдесят четыре года. Ее любили все в семье, скорбели о ней и грустили. Ее муж Пер скончался двумя годами раньше. И вот они, оставшиеся, пришли на кладбище рано утром в один из мартовских дней.

Старый Хеннинг Линд из Рода Людей Льда безмолвно стоял, погрузившись в глубокие мысли, в то время как пастор читал молитвы над могилой. Он думал о первой встрече с Малин. Как она пришла и спасла его, маленького мальчика, внезапно потерявшего родителей и лучшего друга Сагу, на которого тогда свалилась ответственность за только что родившихся ее двойняшек-сыновей, Марко и Ульвара. Малин и сама была еще почти ребенком. Но она стала для него твердой опорой, и продолжала быть ею всю жизнь.

Бесконечно тяжело думать, что ее сейчас уже нет.

Жена Хеннинга, Агнете, тоже скончалась. А он знал, что ему еще суждено жить и стареть. Он происходил из крепкой ветви Людей Льда, так же как его дочь Бенедикта и сын Андре. Потомки Хейке, племя которого отличалось огромной жизнеспособностью."

"Он бросил взгляд вокруг. Здесь собрались все, кто еще жив. Кристоффер, сын Малин, с женой Марит. Кристоффер не относился к крепким людям в родне, он был обычным человеком. Их сын Ветле стоял рядом и вертел головой, глядя куда угодно, только не на могилу бабушки.

Боже, этот мальчишка! Что из него выйдет? Не отмечен проклятием, не избранный, но неукротим больше, чем все они вместе взятые, неимоверно подвижен и совершенно не поддается воспитанию.

Сандеру Бринку скоро стукнет пятьдесят. Он стоит рядом с Бенедиктой. Уже начал стареть, думает Хеннинг, который чувствует себя моложе, несмотря на свои шестьдесят шесть лет. И конечно молодой Андре вместе со своей Мали. Хорошая девушка, а рождение сына Рикарда придало ей материнское достоинство.

Малин, Мали, Марит… Трудно отделить друг от друга эти имена, но лишь каприз судьбы — то, что они вместе оказались в родне. Марит стала членом их семьи через замужество, а Мали пришла издалека, даже если и была представительницей рода Людей Льда.

Маленького Рикарда на кладбище не взяли, ему всего лишь три года. Но, по всей видимости, он вел бы себя лучше, чем юный Ветле, который в этот момент стоит и запускает пальцы в мех шубы одной из дам. К счастью мех длинный, и дама, следует надеяться, ничего не заметит. Только бы он не принялся выщипывать волосинки! Хеннинг строго смотрел, пытаясь поймать взгляд мальчика, но тот не чувствовал этого, не поворачивался в его сторону.