Единственная Миллиардера

Откуда он, блять, знает? Про Мясника. Откуда?!

Вахид Басаев. Так было выгравировано на его долбанных часах. Значит, один из Басаевых выжил?

Нет, нереально. Мясник всех изрешетил на моих глазах. Проверил. Такой спец не стал бы оставлять следы. Но он дал слабину – сохранил мою жизнь.

Все ошибаются. Рано или поздно. Может, и Мясник ошибся? Ну да, он точно ошибся во мне. Ведь я его в итоге и грохнул.

Мой взгляд встречается со взглядом Воронцова, и нутро точно железом царапает. Он в курсе. Пиздец. Не представляю как, но этот больной урод выяснил, что я уничтожил Мясника. А там свидетелей точно не было.

– Да, – легкий кивок окончательно подтверждает мою догадку. – Я знаю. И по поводу моей реакции на твой нож. Я заранее подготовился. Принял особый препарат. Обезболивающий.

– А ты успел в башку титановую пластину поставить? – кривлюсь. – Давай проверим, насколько крепкий у тебя череп?

– Глеб, скажи. Неужели ты действительно думаешь, что это я похитил Анжелику?

Челюсти смыкаются до скрежета. Перед глазами темнеет.

Бесит, как этот уебок произносит имя моей женщины. Бесит, что он вообще дышит. Бесит один лишь гребаный факт его существования в мире.

Блять. Сучара. Впервые меня накрывает такое сильное желание кого-то пристрелить.

– Что говорит твой охотничий инстинкт?

Уебок никак не унимается. Не затыкается.

Ебать. Ничего я не думаю. Ничего мой инстинкт не говорит. Ну кроме того, что я хочу, чтобы падаль, которая посмела забрать мою Лику, прямо сейчас истекла кровью.

И тут в голове щелкает.

Как будто и правда включается чутье.

Я смотрю в темные глаза Воронцова. И холодею, когда понимаю: это не он. Я блять просто сливаю время, пока моя девочка неизвестно где.

Стоп. Может, он просто дурит мне голову? Хитрый уебок. Изворотливый. Что за игру этот гад ведет?

От эмоций штормит. Рвет на части. Тяжело сосредоточиться и разобраться в таком мутном раскладе. Особенно когда мысль о том, что Лика в опасности напрочь парализует сознание. Но я должен себя обуздать.

– Ты столько под меня копал, – чеканю. – А тут вдруг не при делах. И Черного нанял просто чтобы помочь. И пулю принять готов. Слишком гладко выходит.

– Понимаю твои сомнения, – говорит Воронцов. – Здесь и сейчас я готов выложить все карты на стол.

Обхожу его. Усаживаюсь напротив. Продолжаю изучать и держать под прицелом. Очень стараюсь представить ситуацию так, будто это один из рядовых заказов. Будто я опять вольный наемник и должен найти цель.

– Я хотел, чтобы все вокруг считали, мы враги, – заявляет Воронцов. – Никто не должен понять, что я готов тебя поддержать. Поэтому ранение ножом сегодня очень кстати. В идеале завершить все выстрелом.

Его губы дергаются. Складываются в слабом подобии улыбки.