Странный дом. Недетские игры

Но что делать? Ведь это мой единственный сын… На последнее лечение, которое Костя проходит сейчас, я возлагаю особые надежды. Этот центр находится при церкви, лечение там сочетается с участием в различных благотворительных делах – например, в помощи бездомным. И я стала замечать, что в моем сыне что-то стало меняться. Он как будто стал сильнее, научился сам справляться со своей зависимостью. Поэтому, когда мне вчера позвонили из центра и сказали, что у моего сына случился срыв… что у него тяжелое состояние… Конечно, я сразу сорвалась с места и помчалась в центр.

– И что выяснилось, когда вы туда приехали? – спросил сыщик.

– В центре очень удивились моему приезду. Оказалось, что с Костей все в порядке, он выехал с группой таких же, как он, клиентов центра для работы с бездомными. Меня заверили, что от них мне никто не звонил.

– Вам позвонили вскоре после того, как экономка Лариса Сорокина ушла за покупками?

– Да, почти сразу после ее ухода. Минут через десять.

– А кто вам звонил? Это был мужчина, женщина?

– Судя по голосу, это был мужчина, довольно молодой. И знаете что? Его голос показался мне знакомым. Вот почему я поверила, что это один из сотрудников центра.

– Он как-то представился?

– Да, он сказал что-то вроде: «Я сотрудник центра…» И назвал какое-то имя, но я его не запомнила. Да и произнес он его не слишком разборчиво. А я не переспрашивала. Меня в этом центре никогда не обманывали. Там работают исключительно честные люди. И потом, меня не интересовало, кто звонил. Я думала только о том, что случилось с Костей.

– И как вы поступили, когда выяснили, что звонок был ложным?

– Ну, я не знала, что и думать. Была в полном недоумении. В конце концов я решила, что это такой неумный и злой розыгрыш кого-то из прежних друзей Кости. Они никак не могли мне простить, что отрываю Константина от них. Они-то сами вовсе не стремятся слезть с иглы, освободиться от зависимости. Вот я и подумала, что позвонил кто-то из них. Ну, и поехала обратно. Сначала забрала Никиту из центра «Аладдин», а потом, уже с ребенком, поехала сюда. И тут я узнала, что случилось. Узнала, что за время моего отсутствия дом ограбили. Конечно, для меня произошедшее было шоком. Я понимала, что мой обман вскоре раскроется, что в полиции узнают, что мы с Никитой не гуляли. Я боялась, что меня уволят… Хуже того – могут обвинить в соучастии в краже…

– Ну да, ведь вы, я думаю, не говорили Забелину о своих проблемах? – спросил Гуров. – О том, что у вас сын – наркоман?

– Разумеется, не говорила, – сказала Лера. – Иначе мне никто бы не доверил Никиту. Здесь, в доме, никто не знает о моей беде. Но теперь, конечно, узнают… Теперь мне придется искать новую работу… После того как я сбежала, а вы меня нашли.

– А почему, кстати, вы решили бежать? – спросил сыщик.