Свидание под мантией

Я полезла за кошельком, но Ксюша быстрее меня протянула хозяйке купюру.

– Держите.

– Проходьте, – смилостивилась ведунья и пошлепала вперед.

Мы потащились за ней по коридору. Мне показалось, что изба давным-давно закончилась, мы шагаем по некоему межвременному пространству, скоро окажемся в иной галактике, попадем к пришельцам…

Бабка подняла занавеску, запахло кошачьей мочой, перед глазами открылась комната.

– Садитесь, – велела старуха.

Мы плюхнулись на продавленный диван.

– Плохо, – процедила баба Мотя, – чернота от вас так и прет! Лба на иконы не перекрестили, Господа обидели! Не буду с вами работать.

Ксюша протянула еще одну бумажку.

– Сейчас огнем обдам! – воскликнула старуха.

– Ой, – испугался Петр.

– Не боись, он не земной, божий, больно не будет, – деловито пообещала бабка, – а вы, девки, ступайте вон, процедура секретная. Да не слушайте под дверью! Не подглядывайте.

– Может, мы на кухне посидим? – робко спросила я.

– Еще чего! Домового разозлишь! На двор канай.

– Там холодно.

– Ничаво, ничаво, не расколешься.

Не успели мы ахнуть, как старушонка открыла маленькую дверцу в стене и выпихнула нас на мороз.

Через десять минут мои ноги и руки превратились в ледышки. Чтобы не стать Снегурочкой, я начала бегать по дороге туда-сюда и прыгать.

– Девки! – заорала баба Мотя в тот момент, когда я уже почти превратилась в сосульку. – Гоните сюда и забирайте своего мужика, – приказала она, – он негодный.

– Для чего? – не попадая зубом на зуб, спросила я.

– А для всего! У него в мозгу штырь стоит.

– Железный? – уточнила Ксюша.

– Дура, – покачала головой баба Мотя, – душевный! Мне его не выдернуть. Ищи того, кто ставил, он штырь сломает, я не способна. Бесполезно лечить такого.

– Штырь, говоришь… – протянула Ксюша. – А домовой больше не обижался? Может, ему еще из кошелька отсыпать надо? А?

– И у тебя та же хрень в башке, – заявила бабка, – одной рукой поставлены. Сильным колдуном! Он ваши души запер во тьме. Ищите его, больше никто вам ума не вернет!

– Пошли, папа, – позвала Ксения.

– Меня вылечили? – обрадовался Петр.

– Конечно, – кивнула я.

– Тебя не освободить, – каркнула баба Мотя.

– Сделайте одолжение, замолчите, – велела я, – получили деньги и радуйтесь.

– Зря грубишь, – решила повоспитывать меня ведунья, – некрасиво так со старшими гутарить!

– А деньги у людей выманивать хорошо? – разозлилась Ксю. – Между прочим, у меня лишних нет!

– У тебя золота горы, – заухала совой баба Мотя.

– Это точно! – развеселилась Ксю.

– В железном ящике лежат, – нараспев нудила целительница.