Тайна озера Кучум

А пока что мёртвая зона легкоранима, подвержена эрозии вод и ветров, но самое страшное — всепожирающему пожару.

Щёлкнет молния в сухое дерево — вспыхнет яростный факел. Ветер-озорник подхватит пламя, и вот уже неукротимый пал летит со скоростью курьерского поезда, уничтожая всё и вся на своём пути. Оказаться в очаге таёжного пожара равносильно тому, что прыгнуть в чан с расплавленным свинцом. Дым, огонь, жар уничтожают всё живое. И прав Загбой, когда говорит, что невозможно отыскать на свежей гари птичьих гнёзд.

Агафон об этом знает. Когда они шли под Кучум, проходили по этому логу.

Он видел, что мёртвая тайга тянется по логу несколько километров. И если пустить огонь по ветру, то спастись в хаосе пожара будет очень тяжело. Выбраться из лога в скалы необходимо время. Убежать от пала невозможно. Потянет ветер по логу, в кумарном аду не спастись никому: ни человеку, ни зверю, ни птице. Кулак спешит как можно скорее достичь границы тайги. И рад тому, что навстречу ему, в лицо, вверх по реке, тянет свежий восточный ветер. И пусть он дует как можно сильнее. Сейчас он его друг.

Вот впереди скалистый прижим.

Бурная Туманиха грохочет в каменистой шивере. Ревёт, бросается в стены прижимов, пенится, прыгает по громоздким валунам. Впереди непроходимый порог. Тропа круто бросается влево, в гору, в обход непреодолимого препятствия. Так ходят звери, веками, тысячелетиями. И человек пользуется звериной дорогой, иначе не пройти.

Агафон тормозит движение, берёт повод оленя и, прежде чем идти дальше, коротко бросает спутнице:

— Как только поднимусь вон на тот прилавок, — показал на высокую скалку, куда вела избитая тропа, — махну рукой. И ты переходи за мной.

Тут немного. Там, внизу, за порогом, будем ночевать.

Хакаска согласно кивнула головой — поняла. Знает, что пока Агафон не преодолеет крутой участок, подниматься за ним опасно. Споткнётся олень, упадёт и утянет за собой в порог её и коня.

А крутой участок не маленький, около сотни метров. Агафон пыхтит, увлекая за собой оленя. Айкын молча наблюдает за ним. Но вот он на вершине уступа. Остановился, махнул ей рукой: давай, взбирайся. Проследил, как она начала движение, и скрылся за карнизом.

Пока Агафон переводил оленя за порог, ушло около пятнадцати минут.

Назад ей на помощь шёл быстрее в два раза. Всё ждал, что за каждым поворотом увидит лицо Айкын. Но нет молодой хакаски. Где она? Он должен встретить её давно. Может, конь споткнулся и она упала вниз? В недобром предчувствии защемило сердце. Добежал до карниза, где видел её в последний раз. Так и есть. Никого нет. Чертыхаясь, пролетел на заднице крутой подъём, застонал от злости."

"По следам видно, как Айкын развернула коня тогда, как только он скрылся из глаз, и погнала его назад по тропе.