Тайна озера Кучум

Звуки доносились с перешейка озера, где люди скрепили прочный запор, перекрывая вход Большой рыбе с второго озера в первое.

— Что это? — вздрогнул Филя.

— Чабджар! — испуганно вскочила на ноги Ченка. — Кушать хочет!

— Тот самый?

— Да, — утвердительно зашептала Пелагия дрожащими губами.

— Как это он делает?

— Не знаю… — сухо ответила женщина.

— Может, там Агафон?!

Пелагия в страхе открыла рот, но ничего вразумительного ответить не смогла. Филя побежал к своим, о чём-то горячо зашептал. Затем двое из них, Пелагия не разобрала кто, побежали туда, на звук набата.

Ченка метнулась за ними. Пелагия, не помня себя от страха, последовала за ней.

Кто-то крикнул сзади:

— Куда, баба?

Но она не послушалась, торопливо и в то же время осторожно семенила за проворной эвенкийкой, подчиняясь общей влекущей силе, подталкивающей её неизвестно для чего в спину.

Вдруг звук прекратился. Так же неожиданно, резко, как и начался. Ченка остановилась, Пелагия ткнулась ей в спину.

— Что?

— Жтать, отнако, нато. Собаки скажут.

И действительно, через минуту там, на берегу, откуда только что доносился металлический звон, раздался собачий лай, яростный, напористый.

Теперь уже Ченка пошла шагом, вразвалку, не таясь, уверенная в своих действиях. Пелагия последовала за ней. Через какое-то расстояние они догнали мужиков, Филю и Ивана.

— Что? — в тревоге спросил один из них у эвенкийки.

— Собаки каварят, что там Большая рыпа, — просто заверила Ченка. — Люча там нет. Шагай дальше.

Все вместе, теперь уже позади Ченки пошли вперёд, на берег озера, где яростно голосили лайки. Еще несколько сотен метров — по тропинке, друг за другом, вышли к запору.

Собаки встретили их радостным призывом, верно указывая на происходящее в перешейке между двух озёр. Там, на мелководье, взбивая огромным хвостом чёрную воду, билось, играло звероподобное чудовище, когда-то окрещённое Ченкой водяным змеем. Резкие удары, всплески по поверхности, булькающие звуки, мелькающие плавники произвели на братьев Вороховых неизгладимое впечатление. Пелагия видела несколько раз Большую рыбу, но тоже была поражена, напугана игрой водного исполина не меньше мужчин. И только Ченка спокойно закурила свою трубочку, присела на корточки, спокойно выдохнула:

— Большая рыпа кушай мясо.

— А что теперь? — рассеянно спросил Филя.

— Большая рыпа — святая рыпа. Ловить, отнако, нельзя, удачи не путет. Нато жтать, когта тень наступит. Завтра путем смотри, кого рыпа кушай."

"Вернулась Пелагия в дом посветлу, когда восточные гольцы прикрылись цветом шкурки зимнего колонка. Солнца еще не было видно, но его тёплые лучи уже осветили высокие пики рыжим цветом, предвещающим вёдро.