Соблазненная

И это притом, что ты уже однажды разделила ложе с охотником, и он выжег часть твоей магии. Ты — та, кого мы так долго ждали. Верховная. Тебе под силу спасти всех ведьм.

Я едва за голову не схватилась. Вот так попала! У меня вдруг появилась миссия, к которой я абсолютно не готова. Сперва я хотела вернуться домой, потом просто выжить. А что теперь? Возглавить восстание ведьм, пойти на баррикады, сражаться с охотниками? Это слишком много для меня одной. У меня совершенно нет опыта партизанской войны.

— Я не уверена, что справлюсь, — я попятилась к лестнице. — Мне надо подумать над вашим предложением. Дайте мне время.

— У нас его нет, девочка, — покачала головой Моэл. — Охотники уже начали готовиться к обряду, который убьет всех ведьм. Мы должны их опередить.

Говоря, она шла на меня. Я не особо испугалась. Ведьмы не сделали мне ничего плохого. Пока что. К тому же я нужна им живой. Уж не знаю, как они планируют использовать мою магию, но без меня это вряд ли возможно.

Но все же я недооценила Моэл. Подобравшись ко мне на расстояние вытянутой руки, она заявила:

— Прости, но я не могу тебя отпустить. Слишком многое поставлено на карту. Твой муж опасен для тебя. Скоро ты сама поймешь, что твое место среди нас.

Говоря, она коснулась моего запястья. Несколько искр сорвались с ее пальцев, скользнули по моей коже, и у меня резко закружилась голова. Секунда и я отключилась.

Глава 30

Он попался в ловушку ведьмы как последний идиот! Ведь знал, какие они. Только об одном и думают: как уничтожить охотника. И его жена не стала исключением.

Желание обладать ею было невыносимо. Оно съедало его изнутри. Хастад не просто так проводил большую часть времени вне дома. Боялся снова не сдержаться. Ему вовсе не понравился их первый раз. Его трясет от желания как в лихорадке, а применить силу не может. Потому что ей будет больно, она будет плакать, а ее слезы для него — отрава. Он страдает от них сильнее, чем она.

Но в этот раз она пришла сама. Он понадеялся — неужели?

Какая же она… ведьма, лучше не скажешь. Настоящая колдунья. А он — глупая жертва ее чар. Смотрит на нее и аж в жар бросает. Позволяет ей все без вопросов. Любой другой охотник на его месте отчитал бы жену за самоуправство. Сама вскрыла сундук, явилась в спальню мужа без приглашения. А он все спускает ей с рук. Страшно это признавать, но власть, которую она над ним получила, почти безгранична. Осознает ли Еленика, насколько он от нее зависим? Если да, то он попал."

"Она затуманила его разум ласками, а после коснулась его губ в поцелуе, и он задрожал. Вцепился в ее плечи, не зная: то ли оттолкнуть, то ли притянуть ближе. Хастад задыхался, словно жена перекрыла ему доступ воздуха своими губами. Ядовитыми, вражескими… сладкими и желанными. Впиться бы в них ответным поцелуем.