Соблазненная

Ведь в этом случае ему снова придется коснуться меня.

Хастад колебался всего мгновение, а после развернулся к двери. Он не задержался в спальне. Ушел, как был — в одних брюках, оставив на полу рубаху, камзол и перчатки. А ведь это его комната.

Я сползла с кровати и случайно наступила на одну из красных перчаток. Не утерпела, подобрала обе и бросила их в камин. Ненавижу! С той самой ночи ненавижу! Это была моя маленькая месть. Я смотрела, как кожа плавится, и чувствовала себя лучше. Наверняка у Хастада полно этих перчаток. Для него невелика потеря, а для меня это психологическая разгрузка.

Я вернулась к себе и по привычке подперла дверь креслом. Это уже стало чем-то вроде ритуала. Хватит с меня на сегодня общения с мужем.

Только закрывшись, сообразила, что забыла халат в спальне мужа. Сил возвращаться за ним не было. И черт с ним! Наверняка Хастад поступит с халатом так же, как я с его перчатками. Жаль, конечно, вещь красивая, но пусть лучше выместит злость на ней, чем на мне.

Устроившись в кровати, я еще долго лежала без сна, размышляя над случившимся. При каких условиях прикосновения охотника не причиняют вред ведьме? Что изменилось между мной и Хастадом раз это произошло? Рассказать Моэл? Что-то подсказывало — не стоит. Едва ли ведьма этому обрадуется.

К тому же мы с Моэл договорились не видеться несколько дней, чтобы не привлекать лишнее внимание. Но утро внесло свои коррективы. Оно началось с вестей. Увы, с дурных.

Утром я спустилась в столовую. Хастад к этому времени уже ушел, а Сильда неважно себя чувствовала. Близились роды, и она все реже выходила из спальни. К счастью для нас обеих. Так что завтракала я одна.

Я уже допивала чай, когда явился лакей с письмами. Одно из них было адресовано мне. Причем, судя по адресу, пришло оно с родного острова Еленики.

Я забрала письмо, но лакей не торопился уходить.

— В чем дело? — уточнила я.

Тогда он сунул мне в руку записку и сказал шепотом:

— Это тоже вам. Просили передать.

После чего удалился. А я вскрыла конверт с письмом из дома. Автором послания был лекарь.

«С прискорбием сообщаю, что ваш батюшка хедил Гутер Кеанмайер скончался на днях» — прочитала я. Коротко и по существу. Я едва знала Гутера, но известие меня опечалило. Что теперь будет с Дайре? Семья Лодана позаботится о ней?

Я не на шутку переживала о сестре. Надо поговорить о ней с Хастадом. Возможно, девочка поживет у нас до совершеннолетия и свадьбы. Только бы охотник не сорвал злость на ребенке, отказав мне в просьбе.

Прочитав письмо, я переключилась на записку, но лист бумаги был чист. Где-то я уже видела такое. Пришлось отправить горничную в город за цветами. Лишь когда она вернулась, я с помощью пыльцы и солнечного света прочла послание «Приходи немедленно».