Я одержим тобой

Маша же, ни о чем не подозревая, с аппетитом уплетала пельмени.

— Мне нужна еще сметана.

— Вот ведь маленькая обжорка, — Илья Никитич, улыбнувшись, щелкнул девочку по носу и взял пельмень.

— Макну его в сметану для тебя.

Маша засияла."

"Все поели, и Дмитрий тихо удалился в комнату. Елизавета Родионовна забрала у Светланы тесто для очередных пельменей.

— Иди поговори с ним.

Светлана сжала губы.

— У него сейчас не самое лучшее настроение для разговоров.

И нет лекарств, которые бы могли вылечить подобное.

На самом деле, она понимала чувства Димы. Со смерти матери и месяца не прошло, а отец приводит в дом новую невесту.

Не знай она всей истории, то на его месте тоже бы не смогла смириться.

— Пойду посмотрю, — она вымыла руки, сняла фартук и поднялась по лестнице.

К их приезду Елизавета прибралась в комнатах на втором этаже. Она с Ильей Никитичем обосновались на первом.

Дмитрий стоял у открытого окна, заложив руки за спину. Снаружи дул ледяной ветер. Светлана быстрым шагом пересекла комнату и закрыла окно.

— Не замерз?

— На душе паршиво.

Дмитрий не двигался. А как иначе, если любимый человек не разделяет его чувств?

— Злишься? — спросила она спустя несколько секунд молчания.

— Из-за чего?

— Из-за наших с ней отношений? Тебе это не нравится. Ты злишься. С тех самых пор, как я притащила тебя сюда, верно? — осторожно объяснила Светлана.

Дмитрий спокойно перевел на нее взгляд. Неужели она не в курсе их с Елизаветой отношений? Зачем так поступает?

Светлана обняла его, прижимаясь к груди.

— Я знаю, что на душе тебе не спокойно. Но все это уже давно в прошлом. Так почему бы не отпустить обиду?

Дмитрий не двигался и не спешил обнимать ее в ответ.

Разве можно так просто все простить? Нет.

У Анфисы были проблемы с ногами, из-за того, что почти сразу после рождения Дмитрий попал в аварию, и женщина спасла его. В пять лет он случайно пролил горячий суп, а Анфиса подставила руку, чтобы его защитить. Следы от ожогов навсегда остались на ее ладонях. Ни одно средство не смогло избавить ее от шрамов.

Он помнил обо всем. Если примет мачеху, то что почувствует мама, глядя на него в раю?

— Я не могу, — честно признался Дмитрий.

— Не можешь? Будешь всю жизнь вспоминать о ненависти? Продолжишь к ним так относится?

— А что?

Он не сможет признать Елизавету.

Светлана намеревалась его переубедить, но тут в дверь постучали.

Глава 310 Огромные пельмени

— Пельмени уже готовы, спускайтесь, — обратился к ним Тарас, стоя в дверях.

Светлана не стала говорить ничего Дмитрию, только ответив Тарасу Афанасьевичу:

— Пошлите.

Пока Дмитрий выпивал со Стасом и Итоном, он ничем не закусывал, поэтому знатно проголодался и еле слышно согласился.

Новый год еще не наступил, а Елизавета Родионовна приготовила целый пир.