Спаси меня

И ты должна быть вместе с человеком, чья семья примет тебя с распростертыми объятиями. Но такого я не мог предложить. Я вообще ничего не мог тебе предложить, кроме кучи проблем, к которым я не знаю, как подступиться.

Руби молча смотрела на меня, а я не смел дышать. Я был даже готов к тому, что она сейчас встанет и, ничего не сказав, выйдет из комнаты. Я знал, что заслужил это. Но Руби не делала подобной попытки. Вместо этого она прильнула ко мне и поцеловала в губы.

Я был так озадачен, что даже не ответил на ее поцелуй.

– Ах, Джеймс, – пробормотала она, высвободив свою руку из моей и положив ее мне на грудь – туда, где билось мое сердце. – Ты… слабоумный идиот.

О’кей, на это я не рассчитывал.

– Зачем ты ломаешь голову над будущим, когда у нас есть настоящее? – тихо спросила она.

– Потому что ты заслуживаешь лучшего. Мое будущее обречено быть дерьмовым. Твое нет.

Она крепко сжала ладонями мои щеки.

– Это неправда, – проникновенно прошептала она. – У тебя столько же возможностей, как и у любого другого. Тебе только надо воспользоваться ими, Джеймс.

Мне нравится, как она произносит мое имя. Ее голос так мягко обволакивает все его звуки, что хочется просто закрыть глаза и попросить повторять его снова и снова.

– Почему ты мне просто не сказал правду? – спросила она, качая головой. – Вместо того, чтобы отталкивать без объяснения.

В ее глазах я видел боль, вызванную моим поведением. Я закрыл ладонь, лежащую на моей груди, своей рукой и сцепился с ней пальцами.

– Мне очень жаль, Руби. Я действительно думал, что нам будет лучше поодиночке.

– Что-то это не ощущалось как лучше, – хрипло прошептала она. – Ты просто меня игнорировал и преподнес мне самый резкий отказ в истории человечества.

– Боже мой, Руби. Прости."

"Я закрыл глаза. Не знаю, что я буду делать, если она меня не простит. Если она решит, что та боль, которую я ей причинил, слишком велика. Если она больше никогда не сможет быть со мной так же близка, как сейчас.

Я стиснул ее руку, прижал к сердцу, которое бешено билось, и не смел поднять на нее глаза.

– Джеймс, – сказала Руби. Она начала высвобождать свою руку, а мне хотелось ее удержать, но я знаю, что у меня нет на это права. Если Руби захочет уйти, я должен отпустить. Но затем я почувствовал ее пальцы в волосах. Она нежно их гладила.

Не знаю, сколько мы так лежали, но у меня не хватило смелости шевельнуться – из-за страха испортить момент. Самое лучшее чувство на свете – ощущать близость Руби. Ради этого я мог бы отказаться от всего. Не знаю, почему мне потребовалось так много времени, чтобы понять это.

– Джеймс, – снова пробормотала Руби спустя какое-то время. – Все хорошо. Я простила тебя.

Я сделал глубокий вдох, чтобы пробормотать еще одно извинение, но замер, когда до меня дошло значение ее слов.